Меню Закрыть

Судебная практика ст 209 ук

Статья 209. Бандитизм

СТ 209 УК РФ.

1. Создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или
организации, а равно руководство такой группой (бандой) —
наказываются лишением свободы на срок от десяти до пятнадцати лет со штрафом в размере
до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период
до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

2. Участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях —
наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет со штрафом в размере
до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период
до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до одного года.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные
лицом с использованием своего служебного положения, —
наказываются лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет со штрафом в
размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного
за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

Комментарий к Ст. 209 Уголовного кодекса

1. С точки зрения объективной стороны ст. 209 УК предусматривает два состава преступления. Состав преступления, содержащийся в ч. 1, характеризуется альтернативно предусмотренными действиями: а) созданием банды; б) руководством бандой. Действия создателя (руководителя) банды, участвовавшего в нападениях, совершенных ею, охватываются диспозицией ч. 1 ст. 209 УК и дополнительной квалификации по ч. 2 ст. 209 УК не требуют. Состав преступления, содержащийся в ч. 2, также характеризуется альтернативно предусмотренными действиями: а) участием в банде; б) участием в совершаемых бандой нападениях. Содержание перечисленных действий и их отличие от пособничества бандитизму раскрывается в п. 8 — 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. N 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм». Создание банды признается оконченным преступлением независимо от того, были ли совершены планировавшиеся ею преступления.

2. Банда (признаки которой раскрыты в п. 2 — 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. N 1) является особой разновидностью организованной группы, отличающейся от иных двумя конститутивными признаками: объективным (вооруженность) и субъективным (специальная цель, для достижения которой создается банда).

3. Квалифицированный состав (ч. 3) един для обоих составов бандитизма и предполагает совершение бандитизма лицом с использованием его служебного положения (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. N 1).

4. Совершение бандой преступных действий, образующих самостоятельные составы преступлений, следует квалифицировать по совокупности со ст. 209 УК (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. N 1).

Статья 209 УК РФ. Бандитизм (действующая редакция)

1. Создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (бандой) —

наказываются лишением свободы на срок от десяти до пятнадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

2. Участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях —

наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до одного года.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, —

наказываются лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 209 УК РФ

1. Признаками банды являются:

1) наличие двух и более лиц;

4) цель — совершение нападений на граждан или организации.

Банда традиционно рассматривается как одна из разновидностей организованной группы, поэтому в состав банды должны входить не менее двух ее членов, вменяемых и достигших возраста 16 лет.

2. Об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава и организационных структур, сплоченность ее членов, постоянство форм и методов преступной деятельности, наличие детального плана совершения преступления, требующего длительной и тщательной подготовки (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. N 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм»).

3. Вооруженность банды означает наличие у ее участников любого оружия, различных взрывных устройств, взрывчатых веществ, боеприпасов и патронов. Оружие может быть как заводского, так и кустарного производства, конструктивно предназначенного для поражения живой цели.

Владение бандой оружием на законном либо незаконном основании на квалификацию бандитизма не влияет. Если оружие приобретено незаконно, то уголовная ответственность помимо ст. 209 УК будет дополнительно наступать по ст. ст. 222, 223 или 226 УК.

4. Объективная сторона бандитизма выражается:

1) в создании устойчивой вооруженной группы (банды);

2) в руководстве такой группой (бандой);

3) в участии в банде;

4) в участии в совершаемых бандой нападениях.

5. О содержании признаков «устойчивость», «вооруженность» и «руководство» см. комментарий к ст. 208 УК.

6. Участие в совершаемых бандой нападениях (ч. 2 ст. 209 УК) предполагает деятельность лиц, которые, не будучи членами вооруженной группы (банды), принимают участие в отдельных нападениях, совершаемых бандой. Действия лиц, не состоящих в банде и не принимавших участия в совершаемых бандой нападениях, но которые оказывают содействие банде, должны квалифицироваться по ч. 5 ст. 33 УК и соответствующей части комментируемой статьи.

7. Преступление признается оконченным с момента создания, руководства или участия в банде независимо от того, совершены ли планировавшиеся общественно опасные посягательства.

8. Совершение бандой иных преступлений подлежит квалификации по совокупности соответствующих преступлений со ст. 209 УК.

9. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом и специальной целью — нападение на граждан или организации.

Под нападением следует понимать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения. Нападение вооруженной банды считается состоявшимся и в тех случаях, когда имевшееся у членов банды оружие не применялось.

10. Субъект преступления — вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет. Лица в возрасте от 14 до 16 лет, совершившие различные преступления в составе банды, подлежат ответственности только за те деяния, ответственность за которые в соответствии со ст. 20 УК предусмотрена с 14 лет.

11. Действия организаторов или руководителей, одновременно участвующих в совершаемых бандой нападениях, квалифицируются только по ч. 1 ст. 209 УК. При этом дополнительной квалификации по ч. 2 этой статьи не требуется.

Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации №1 (2017). Судебная коллегия по уголовным делам.

1. Правила ч. 3 ст. 62 УК РФ о неприменении положений ч. 1 ст. 62 УК РФ не распространяются на лиц, которым в силу закона не назначается пожизненное лишение свободы, в том числе на лиц, совершивших неоконченное преступление.

По приговору М. осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 209 УК РФ на 9 лет со штрафом в размере 100 000 рублей и по ч. 1 ст. 30, ст. 317 УК РФ на 9 лет. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено 12 лет лишения свободы со штрафом в размере 100 000 руб.

Апелляционным определением приговор оставлен без изменения.

В надзорной жалобе осужденный просил об изменении судебных решений и о смягчении назначенного наказания, указывая, что с учетом положений ч. 1 ст. 62 и ч. 2 ст. 66 УК РФ за приготовление к преступлению ему не могло быть назначено наказание, превышающее 6 лет 8 месяцев лишения свободы.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил судебные решения по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 62 УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 июня 2009 г. No 141-ФЗ) при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. «и» и (или) «к» ч. 1 ст.61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Судом первой инстанции в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, признано, что осужденный «активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию руководителя и членов банды», то есть суд установил наличие обстоятельств, указанных в п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, не имеется.

Однако при назначении наказания по ч. 1 ст. 30, ст. 317 УК РФ положения ч. 1 ст. 62 УК РФ судом не были применены и осужденному назначено наказание, превышающее пределы, установленные указанной нормой уголовного закона.

При этом судом не было учтено, что правила ч. 3 ст. 62 УК РФ о неприменении положений ч. 1 ст. 62 УК РФ не распространяются на лиц, которым в силу закона не назначается пожизненное лишение свободы, в том числе на лиц, совершивших неоконченное преступление.

При таких обстоятельствах Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил приговор и апелляционное определение: смягчил наказание по ч. 1 ст. 30, ст. 317 УК РФ до 6 лет лишения свободы; в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209, ч. 1 ст. 30, ст. 317 УК РФ, путем частичного сложения наказаний назначил М. наказание в виде лишения свободы сроком на 11 лет 6 месяцев со штрафом в размере 100 000 руб.

Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации No 135П16

2. В соответствии с ч. 4 ст. 65 УК РФ при назначении наказания лицу, признанному вердиктом коллегии присяжных заседателей виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, обстоятельства, отягчающие наказание, не учитываются.

По приговору, постановленному с участием присяжных заседателей, П. осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 109 УК РФ с применением положений ч. 1 ст. 65 УК РФ на 1 год 2 месяца и по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 15 лет.

Апелляционным определением приговор оставлен без изменения.

В надзорной жалобе осужденный просил о смягчении наказания с учетом признания вины и раскаяния в содеянном.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил приговор и апелляционное определение по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231, ст. 233 УК РФ, или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести. Поскольку осужденный ранее не судим, его следует отнести к лицам, впервые совершившим преступление небольшой тяжести.

В соответствии с ч. 4 ст. 65 УК РФ при назначении наказания лицу, признанному вердиктом коллегии присяжных заседателей виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, обстоятельства, отягчающие наказание, не учитываются.

Из материалов уголовного дела следует, что осужденный коллегией присяжных заседателей по ч. 1 ст. 109 УК РФ признан заслуживающим снисхождения. В связи с этим установленное судом отягчающее наказание обстоятельство за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК РФ, – «группой лиц» – не должно учитываться при назначении наказания.

При наличии таких данных Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил приговор и апелляционное определение: по ч. 1 ст. 109 УК РФ вместо лишения свободы назначил осужденному наказание в виде исправительных работ сроком на 1 год 10 месяцев с удержанием в доход государства 20% заработной платы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 109, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, путем частичного сложения наказаний назначил осужденному наказание в виде лишения свободы сроком на 14 лет 6 месяцев.

Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации No 156П16

Вопросы квалификации

39. Незаконный сбыт наркотических средств следует считать оконченным преступлением с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче приобретателю указанных средств независимо от их фактического получения приобретателем.

Согласно приговору осужденный Х. вступил с неустановленным лицом в сговор о незаконном сбыте Ю. наркотических средств в особо крупном размере. Во исполнение задуманного Х. договорился с Ю. об условиях сбыта наркотических средств, их количестве, стоимости, а также о передаче ему денежных средств.

17 декабря 2015 г. во время встречи Ю. отдал Х. денежные средства, которые тот передал неустановленному лицу, получив взамен сумку с наркотическими средствами. После этого Х. поставил сумку с указанными средствами в автомобиль Ю., и при выезде с места встречи Х. и Ю. были задержаны сотрудниками правоохранительных органов, а наркотические средства изъяты.

По приговору действия Х. квалифицированы по ч. 5 ст. 2281 УК РФ.

В апелляционных жалобах осужденный и его адвокат просили приговор изменить, переквалифицировать действия Х. на ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 2281 УК РФ. Указывали, что наркотическое средство не перешло в распоряжение покупателя, поскольку для получения в собственность наркотического средства необходимо было выполнить ряд действий: проверить наркотики, взвесить их и произвести окончательный расчет.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации оставила приговор без изменения, жалобы без удовлетворения.

Как установлено судом, Х. вступил в сговор с неустановленным лицом и согласно отведенной ему роли вел переговоры с покупателем наркотических средств Ю., обсуждал условия сбыта и оплаты наркотических средств, получал денежные средства и переводил их на расчетный счет соучастника, поддерживал связь с неустановленным лицом и контролировал передачу наркотических средств от лица, доставившего их на территорию России, Ю.

По смыслу закона, под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать любые способы их возмездной либо безвозмездной передачи другим лицам (продажу, дарение, обмен, уплату долга, дачу взаймы и т.д.).

Судом обоснованно указано, что уголовный закон не связывает момент окончания данного преступления с проверкой покупателем наркотических средств, их оплатой, окончательным расчетом и т.д. Преступление считается оконченным с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче наркотических средств приобретателю.

Из приговора усматривается, что неустановленное лицо в соответствии с распределением ролей передало наркотические средства приобретателю Ю., и указанные средства фактически оказались во владении и распоряжении покупателя.

При таких обстоятельствах суд с учетом характера действий осужденного пришел к правильному выводу о квалификации его действий как оконченного преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 2281 УК РФ.

Процессуальные вопросы

40. При наличии противоречивого и неясного вердикта присяжных заседателей председательствующий должен указать на это обстоятельство коллегии присяжных заседателей и предложить им возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист

Установлено, что С., находясь на станции технического обслуживания, считая, что его автомобилем воспользовались К. и Ф., в результате чего автомобиль был поврежден, на почве личных неприязненных отношений избил последних. Затем С. вместе с К. и Ф. выехали с территории станции в лесной массив, где С. продолжил избиение потерпевших. Увидев в руке К. нож, С., считая, что тот может нанести удар, защищаясь, выхватил нож и нанес им К. удары, причинив ему телесные повреждения, повлекшие его смерть. После этого С. этим же ножом нанес удары Ф., причинив телесные повреждения, также повлекшие его смерть.

При этом С. нанес К. не менее 12 ударов ножом, а Ф. – не менее 26. Смерть потерпевших наступила в результате множественных колото- резаных ран на месте происшествия.

По приговору суда, постановленному с участием присяжных заседателем, С. осужден по ч. 1 ст. 108 и ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Государственный обвинитель в апелляционном представлении просил приговор изменить ввиду противоречивости и неясности вердикта и квалифицировать действия осужденного по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство двух лиц.

Осужденный С. в апелляционной жалобе также просил приговор изменить и квалифицировать все его действия по ч. 1 ст. 108 УК РФ как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны. По мнению осужденного, председательствующий судья квалифицировал его действия вопреки обстоятельствам, установленным вердиктом коллегии присяжных заседателей и приговором суда.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила приговор и уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение в тот же суд, но иным составом суда со стадии судебного разбирательства по следующим основаниям.

Вердикт должен быть ясным и непротиворечивым (ч. 2 ст. 345 УПК РФ).

В соответствии с ч. 3 ст. 348 УПК РФ (обязательность вердикта) председательствующий квалифицирует содеянное подсудимым в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки.

Указанные нормы уголовно-процессуального закона по данному делу судом первой инстанции нарушены.

Вопросы No 2 и No 5 о доказанности совершения деяния подсудимым сформулированы с приведением одних и тех же обстоятельств дела, но в первом случае обстоятельства изложены по версии обвинения, а во втором – по версии защиты. В результате при ответах на эти вопросы присяжные заседатели признали одни и те же деяния доказанными и недоказанными.

Так, отвечая на вопрос No 2, «доказано ли, что 7 декабря 2014 г. около 14 час. 39 мин., С., узнав о повреждении принадлежащего ему автомобиля, который вместе с ключами он оставил на станции технического обслуживания, прибыл на указанную станцию и, находясь там, считая, что его автомобилем воспользовались К. и Ф., в результате чего повредили автомобиль, из неприязненных отношений к последним стал наносить им удары руками в область головы и туловища. Продолжая выяснять обстоятельства повреждения автомобиля, около 17 час. 19 мин. С. указал К. и Ф. сесть в автомобиль, которым управлял его родственник и на котором все они выехали с территории станции на участок местности, расположенный в лесном массиве в сторону автомобильной дороги федерального значения и на расстоянии около 150 метров от автобусной остановки «Дачная». Выйдя из автомобиля, С. продолжил наносить удары К. и Ф.», присяжные заседатели ответили: «Нет, не доказано».

В то же время при ответе на вопрос No 5 («альтернативный») эти же самые обстоятельства присяжными заседателями признаны доказанными.

В вопросе No 2 также спрашивалось, доказано ли, что С. ножом нанес К. и Ф. ранения, от которых наступила смерть каждого из них, на что присяжные ответили отрицательно.

В то же время, отвечая на вопрос No 5 («альтернативный»), присяжные заседатели признали доказанным нанесение С. ножевых ранений К. и Ф., в результате чего наступила их смерть.

Таким образом, вердикт присяжных заседателей в этой части является противоречивым, что не позволяет квалифицировать действия подсудимого на основании данного вердикта.

Определение No 18-АПУ16-18СП

41. Автомобиль, с помощью которого перемещались оборудование, препараты и произведенное наркотическое средство, принадлежащий на праве личной собственности лицу, осужденному за совершение преступления, предусмотренного ст. 2281 УК РФ, обоснованно признан средством совершения преступления и конфискован.

М. и Р. признаны виновными в том, что в составе организованной группы занимались незаконным производством и сбытом наркотических средств в особо крупном и крупном размере, а также приготовлением к незаконному сбыту наркотических средств в особо крупном размере.

По приговору М. и Р. осуждены по ч. 5 ст. 2281, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 и ч. 1 ст. 30, ч. 5 ст. 2281 УК РФ.

Согласно указанному приговору автомобиль, принадлежащий осужденному М., конфискован и обращен в доход государства на основании п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ и п. «г» ч. 1 ст. 1041 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации оставила приговор в части решения вопроса о конфискации без изменения, поскольку судом установлено, что указанный автомобиль использовался М. для приобретения и перевозки оборудования и препаратов, необходимых при производстве наркотических средств, а также для перевозки самих незаконно произведенных наркотических средств.

Приговор по статье 209 УК РФ (Бандитизм)

Приговор Московского городского суда по части 2 статьи 209 УК РФ «участие в устойчивой вооруженной группе (банде) и совершаемых ею нападениях».

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Москва 28 августа 2015 года

Московский городской суд в составе председательствующего судьи В.И.В., при секретарях судебного заседания Ц.Ю.С. и Ф.К.М., с участием:

государственного обвинителя – Ш.А.К.;

потерпевших М-на В.П., А-ой Н.Н., С-на Д.С., Ч-ой Е.В., М-ва С.Г., Р-ой Н.П., Б-а А.А., М-ой Е.Г., Л-а М.А., М-а А.В., С-ой Н.А. и Г- И.Ю.;

подсудимого А.Н.З. и его защитника — адвоката М.А.С.

подсудимого Г.Л. и его защитника — адвоката К.А.П.,

подсудимого Г.Н.З. и его защитника — адвоката Г. А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

у с т а н о в и л:

А., Г. и Г. участвовали в устойчивой вооруженной группе (банде) и совершаемых ею нападениях.

Действуя в ее составе, А. и Г. совершили разбой (два преступления), то есть нападения в целях хищения чужого имущества, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, организованной группой, с применением оружия и в особо крупном размере по факту хищения 10 июня 2013 года имущества ИП «Л- М.А.», а также с применением предметов, используемых в качестве оружия и в крупном размере по факту хищения 31 января 2013 года имущества КБ «***» (ООО).

Кроме того, А., Г. и Г. совершили разбой (пять преступлений), то есть нападения в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия по фактам нападения 10 сентября 2013 года на ООО «***» и 28 декабря 2013 года на ООО «***», с применением предметов, используемых в качестве оружия по фактам нападения 18 июня 2013 года на ООО «***», 20 июля 2013 года на ООО «***» и 30 октября 2013 года на ООО «***», организованной группой, в особо крупном размере.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

В период времени до 10 июня 2013 года А. и Г., и не позднее 17 июня 2013 года Гетия, по этническому признаку и на почве длительных дружеских отношений с неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство ( т. 19 л. д. 242-245), при неустановленных обстоятельствах объединились между собой в составе устойчивой вооруженной группы (банды), созданной в целях нападения на граждан и организации.

На вооружении банды находилось приобретенное не позднее 10 июня 2013 года неустановленным участником группы следующее оружие: стандартный пистолет МР-79-9ТМ калибра 9 mm Р.А. без номера, производства России (г. Ижевск), относящийся к гражданскому короткоствольному огнестрельному оружию ограниченного поражения, и пистолет без номера, являющийся стандартным пистолетом марки «Walther SUPER PP» cal. 9mm Р.А.К. производства Германии, относящийся к гражданскому короткоствольному газовому оружию, которое в период до 30 декабря 2013 года хранилось в неустановленном месте, а после — в помещении автомобильной мойки, расположенной по адресу: город ***.

Кроме того, в распоряжении банды имелись газовый баллончик с неустановленным веществом и два предмета, похожие на пистолет.

Для мобильности передвижения участники банды использовали автомобили марки «Хенде Солярис» и «Мазда» с неустановленными государственными регистрационными знаками, предоставленные неустановленными соучастниками, автомобиль марки «Хонда Аккорд» государственный регистрационный знак ***, принадлежащий Г., также неустановленные автомашины.

А., Г., Г. и их неустановленные соучастники разработали формы и методы преступной деятельности, собрали информацию о деятельности коммерческих организаций, занимающихся торговлей ювелирными изделиями, и обменных пунктов в городе Москве.

Участники банды распределили между собою роли, в соответствии с которыми предварительно изучили на потенциальных объектах нападения режим их работы, посещаемость клиентами, наличие сотрудников и охранных систем, в целях подавления воли потерпевших к сопротивлению договорились применять в процессе нападений оружие либо предметы, похожие на пистолеты, угрожая при этом применением насилия, опасного для жизни и здоровья, подыскали безопасные пути отхода после совершения нападения, а похищенное приняли решение реализовывать через ломбарды и распределять между собой.

Реализуя задуманное, действуя согласно разработанному плану, применяя оружие и предметы, используемые в качестве оружия, в различных составах члены банды А., Г. и Г. совершили следующие разбойные нападения.

Так, 10 июня 2013 года примерно в 16 часов 45 минут А. и Г. зашли в ювелирный магазин ИП «Л- М.А.», расположенный в доме ***, в то время как неустановленные соучастники оставались на улице, создавая видимость того, что магазин не работает и в целях предупреждения А. и Г. о возможной опасности.

В соответствии с распределением ролей А., применяя оружие, направил пистолет МР-79-9ТМ на находившегося в торговом зале П-ря В.Д., а затем — на неожиданно появившегося в коридоре магазина Г-а О.В., угрожая, тем самым, применением насилия, опасного для жизни и здоровья. П-рь и Г-ов, реально воспринимая данную угрозу, не предпринимали действий к сопротивлению нападавшим, а Г-в, кроме того, скрылся в своем кабинете. В это время Г., согласно отведенной ему роли, ударом руки разбил стекло витрины с ювелирными украшениями, которые переложил в заранее приготовленную для этого сумку.

После этого А. и Г. направились к выходу из магазина, при этом А. в целях предотвращения возможного преследования со стороны П-ря распылил в его сторону вещество из имевшегося при себе газового баллончика, попав П-рю на правую руку и правую часть головы, не причинив ему вреда здоровью.

Покинув помещение ювелирного магазина, А., Г. и неустановленные лица с места преступления с похищенным на неустановленном автомобиле скрылись, причинив своими действиями ИП «Л- М.А.» ущерб в особо крупном размере на общую сумму 1 243 920 рублей.

18 июня 2013 года примерно в 16 часов 05 минут А., Г. и неустановленное лицо зашли в помещение ООО «***», расположенное в комнате ***, в то время как Г. совместно с другим неустановленным лицом остались на улице в непосредственной близости от входа в помещение, создавая видимость того, что ломбард не работает и наблюдая за окружающей обстановкой в целях предупреждения о возможной опасности.

Выполняя свою роль, А. подошел к витрине, за которой находились работники ломбарда – К-ва С.В. и М-в Г.Ю., направил на них имевшийся при себе предмет, похожий на пистолет, угрожая, тем самым, применением насилия, опасного для жизни и здоровья, после чего потребовал лечь на пол, что К-ва и М-в, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, выполнили и каких-либо действий по сопротивлению нападавшим не предпринимали.

Г., действуя согласно отведенной ему роли, совместно с неустановленным соучастником разбили стекло витрины слева от входа в помещение ломбарда и похитили ювелирные изделия, после чего совместно с А., Г.и неустановленными соучастниками на неустановленном автомобиле с места преступления скрылись, причинив своими действиями ООО «***» ущерб в особо крупном размере на общую сумму 1 733 148 рублей.

20 июля 2013 года в период времени до 14 часов 43 минут А., Г., Г. и неустановленные лица на автомобиле марки «Хендэ Солярис» с неустановленным государственным регистрационным знаком, приехали по адресу: ***.

В 14 часов 43 минуты А. и Г. зашли в ювелирный магазин «***», принадлежащий ООО «***» и расположенный по вышеуказанному адресу, в то время как Г. совместно с другими неустановленными лицами остались на улице в непосредственной близости от входа в помещение, создавая видимость того, что магазин не работает и наблюдая за окружающей обстановкой в целях предупреждения соучастников о возможной опасности.

Действуя согласно распределению ролей, А. направил предмет, похожий на пистолет, на находящихся в торговом зале охранника Б-ка В.А. и двух неустановленных женщин, угрожая, тем самым, применением насилия, опасного для жизни и здоровья, чем подавил их волю к сопротивлению, после чего потребовал, чтобы они не кричали. Реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, Б-к и женщины выполнили требование А. и каких-либо действий по сопротивлению нападавшим не предпринимали.

В это время Г., действуя согласно отведенной ему роли, также направил в сторону Б-ка и неустановленных женщин находящийся при нем, Г., предмет, похожий на пистолет, угрожая, тем самым, применением насилия, опасного для жизни и здоровья, после чего перепрыгнул через витрины и стал собирать ювелирные изделия вместе с лотками в находящуюся при нем сумку.

Похитив ювелирные изделия на общую сумму 4 069 810 рублей 50 копеек, А., Г., Г. и неустановленные лица на вышеуказанном автомобиле марки «Хендэ Солярис» с места преступления скрылись, причинив своими действиями ООО «***» ущерб в особо крупном размере.

10 сентября 2013 года в 12 часов 46 минут А., Г. и неустановленное лицо зашли в ювелирный салон ООО «***» и ООО ломбард «***», расположенные в доме ***, в то время как Г. совместно с другим неустановленным лицом остались на улице в непосредственной близости от входа в помещение, создавая видимость того, что магазин не работает и наблюдая за окружающей обстановкой в целях предупреждения своих соучастников о возможной опасности.

Действуя согласно распределения ролей, А. направил пистолет «Walther SUPER PP» на находящегося в торговом зале администратора М-ва С.Г., применив, тем самым, оружие и, угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, потребовал от М-ва ничего не предпринимать, после чего сорвал прикрепленную на его груди кнопку тревожной сигнализации. Воспринимая угрозу жизни и здоровью как реально осуществимую, М-в выполнил требование А.

В это время Г., действуя согласно отведенной ему роли, в зале ювелирного салона, угрожая неустановленной женщине предметом, похожим на пистолет револьверного типа, отвел ее в кухонное помещение, после чего зашел в ломбард и, угрожая вышеуказанным предметом С-ну Д.С. и неустановленному мужчине, сказал: «Ограбление!».

Затем Г. вытолкал мужчину из помещения ломбарда, и, продолжая угрожать С-ну тем же предметом, похожим на пистолет револьверного типа, потребовал показать, где находится касса. Реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, С-н выполнил требование Г. Последний прошел в зал ювелирного салона и стал помогать неустановленному соучастнику складывать в имевшиеся у них сумки ювелирные изделия с витрин, которые неустановленный соучастник разбил при помощи заранее приисканного молотка.

Похитив ювелирные изделия, А., Г., Г. и неустановленные лица с места преступления на неустановленном автомобиле скрылись, причинив своими действиями ООО «***» и ООО ломбард «***» ущерб в особо крупном размере на общую сумму 9 878 271 рубль 21 копейку.

Смотрите так же:  Системные требования к игре just cause 3

30 октября 2013 года примерно в 12 часов 40 минут А., Г. и двое неустановленных лиц зашли в ювелирный магазин №10 ООО «***», расположенный в доме ***, а Г. остался между входными дверьми, создавая видимость того, что магазин не работает, пресекая, тем самым, появление возможных свидетелей и наблюдая за окружающей обстановкой в целях предупреждения соучастников о возможной опасности.

Действуя согласно распределения ролей, А. направил предмет, похожий на пистолет, на находящихся в торговом зале сотрудников магазина — продавца Х-ву М.В. и заместителя заведующего Д-ну С.Э., угрожая, тем самым, применением в отношении них насилия, опасного для жизни и здоровья, после чего потребовал лечь на пол. Воспринимая угрозу жизни и здоровью как реально осуществимую, Х-ва и Д-на выполнили требование А. и каких-либо действий по оказанию сопротивления не предпринимали.

После этого А. прошел в кабинет, где находилась заведующая магазином А-а Н.Н., и, угрожая последней тем же предметом, похожим на пистолет, потребовал, чтобы она не шевелилась, что А-а и выполнила, также реально опасаясь за свою жизнь и здоровье. Вернувшись в торговый зал, А. и двое неустановленных лиц в имевшиеся при себе сумки собрали лежащие на витринах ювелирные изделия.

В свою очередь Г., согласно отведенной ему роли, угрожая в торговом зале охраннику К-ву В.М. предметом, похожим на пистолет, потребовал лечь на пол, что К-ев и сделал, реально воспринимая угрозу своей жизни и здоровью. Подавив своими действиями волю К-ва к сопротивлению, Г. открыто похитил находившийся при нем газовый пистолет марки ИЖ-79-8,8 мм №ТАК 8820 1996 с холостыми патронами в количестве 8 штук, принадлежащий ФГУП «***» МВД России по г. Москве, после чего оставался возле К***ва, контролируя его действия.

Похитив принадлежащие ООО «***» 7 800 рублей, находившиеся в кассе, и ювелирные изделия на общую сумму 30 330 757 рублей 31 копейку, что является особо крупным размером, А., Г., Г. и двое неустановленных лиц с места преступления на неустановленном автомобиле скрылись, причинив также своими действиями ФГУП «***» МВД России по г. Москве ущерб в размере стоимости пистолета марки ИЖ-79-8, а именно 2011 рублей 79 копеек.

28 декабря 2013 года в период времени до 12 часов 40 минут А., Г., Г. и двое неустановленных лиц на автомобиле марки «Мазда» с неустановленным государственным регистрационным знаком, приехали по адресу: ***.

Примерно в 12 часов 40 минут А., Г. и неустановленное лицо зашли в ювелирный магазин, принадлежащий ООО «***», расположенный по вышеуказанному адресу. Г., согласно отведенной ему роли, расположился возле входной двери в магазин, создавая видимость того, что магазин не работает и наблюдая за окружающей обстановкой с целью предупреждения о возможной опасности, а второй неустановленный соучастник находился за рулем вышеуказанного автомобиля «Мазда» с целью незамедлительной транспортировки участников группы в безопасное место.

Действуя согласно распределения ролей, неустановленный соучастник, направил на сотрудника ООО ЧОП «***» Б-а А.А. предмет, похожий на пистолет, угрожая, тем самым, применением насилия, опасного для жизни и здоровья, после чего скомандовал: «Всем лечь на пол, это ограбление». Реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, Б- выполнил требование нападавшего, который оставался возле него, Б-а, контролируя его действия.

А., согласно отведенной ему роли, направил пистолет МР-79-9ТМ на находящихся в торговом зале сотрудников магазина – М-ву В.Г., Л-ну А.А., Ч-у Е.В. и Р-у Н.П., также на посетителей — Ч-ву С.Г., К-ву Г.М. и Ш-ва Е.А., применив, таким образом, оружие и угрожая вышеперечисленным потерпевшим применением насилия, опасного для жизни и здоровья. Сломив волю потерпевших к сопротивлению, А. стал собирать с витрин ювелирные изделия в имевшуюся при себе сумку.

В это время Г., выполняя свою роль, подошел к посетителям магазина – Ч-вой, К-вой и Ш-ву, и, направив на них пистолет «Walther SUPER PP», то есть применяя оружие и угрожая, тем самым, применением насилия, опасного для жизни и здоровья, отвел их в угол торгового зала, после чего вместе с А. стал собирать с витрин ювелирные изделия в имевшиеся при них сумки.

Похитив ювелирные изделия на общую сумму 3 996 279 рублей 18 копеек и причинив, тем самым, ущерб ООО «-» в особо крупном размере, А., Г., Г. и двое неустановленных лиц, покинули помещение ювелирного магазина и на автомобиле «Мазда» с неустановленными государственными регистрационными знаками с места совершения преступления скрылись.

31 января 2014 года в период времени до 13 часов 10 минут А., Г. и неустановленное лицо на неустановленной автомашине приехали к помещению коммерческого банка «***» (ООО), расположенного в доме ***, при этом неустановленный соучастник остался в непосредственной близости от входа в помещение, создавая видимость того, что банк не работает и наблюдая за окружающей обстановкой в целях предупреждения соучастников о возможной опасности.

Примерно в 13 часов 10 минут А. прошел в помещение клиентской зоны банка, где через окно операционной кассы направил на кассира Г-ву М.А. предмет, похожий на пистолет, после чего, угрожая Г-й применением насилия, опасного для жизни и здоровья, потребовал от нее не сопротивляться, что Г-ва и выполнила, опасаясь за свою жизнь и здоровье.

Г., действуя согласно отведенной ему роли, через незапертую дверь кассы проник внутрь и, угрожая Г-й другим предметом, похожим на пистолет, вытолкнул ее из помещения кассы, после чего похитил из лотка 335 242 рубля, 460 долларов США и 295 евро.

В это время неустановленное лицо, находящееся, согласно отведенной ему роли, возле входной двери в кассу, угрожал предметом, похожим на пистолет, продавцу магазина, расположенного в том же помещении, что и операционная касса — С-ой Н.А., потребовав от нее сесть на стул и не оказывать сопротивление, что С-а и выполнила, опасаясь за свою жизнь и здоровье.

Похитив вышеуказанные денежные средства на общую сумму 365 642 рубля 66 копеек и причинив, тем самым, КБ «***» (ООО) материальный ущерб в крупном размере, А., Г. и неустановленное лицо покинули помещение операционной кассы и с места совершения преступления на неустановленном автомобиле скрылись.

Подсудимые А., Г. и Г. виновными себя в бандитизме не признали.

Подсудимый А. в части собственного участия в разбойных нападениях виновным себя признал полностью, однако подробные показания дать отказался на основании ст. 51 Конституции РФ. Отвечая на вопросы сторон, подсудимый А. пояснил, что при нападениях лишь демонстрировал потерпевшим макет пистолета, который приобрел в 2012 году для самозащиты и носил при себе.

Подсудимый Г. также признал себя виновным в совершении всех разбойных нападений и показал, что использовал при нападениях также макет пистолета, который в 2007 году ему в качестве сувенира подарил родственник.

При этом подсудимые Г. и А. показали, что в нападениях 18 июня 2013 года и 31 января 2014 года подсудимый Г. участия не принимал.

Подсудимый Г. признал себя виновным по фактам нападений 10 сентября, 20 июля 2013 года, 30 октября и 28 декабря 2013 года, показав, что к совершению разбоев 18 июня 2013 года, когда он, Г., на протяжении всего дня был занят по работе в ООО «***», а свой мобильный телефон забыл в машине брата – Г., также 31 января 2014 года, когда он просто ожидал в машине А. и Г., которые отходили в банк обменять валюту, он непричастен.

Кроме того, подсудимые А., Г. и Г. показали, что нападения они совершали спонтанно, при этом каждый из них действовал по собственной инициативе, каких-либо указаний А. никому не давал, похищенные ювелирные изделия и вырученные от их сдачи в ломбард деньги делили поровну.

Суд, проведя судебное следствие, выслушав судебные прения и последнее слово подсудимых, несмотря на частичное признание своей вины подсудимыми А., Г. и Г., полагает, что их вина в совершении преступлений, изложенных выше в описательной части приговора, в судебном заседании установлена и подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями в суде старшего оперуполномоченного *** ОРЧ-«ИР» УУР ГУ МВД России по городу Москве – свидетеля Т-на Д.В. об обстоятельствах проведения им и сотрудниками отдела уголовного розыска комплекса оперативно-розыскных мероприятий, направленных на установление и задержание членов преступной группы, отправной точкой которых явились показания очевидца нападения 20 июля 2013 года на ювелирный магазин ООО «***» С-ва о том, что нападавшие скрылись на автомобиле «Хенде Солярис» с перекрашенным левым передним крылом, что очевидно свидетельствовало о его замене после ДТП. По сведениям, поступившим из базы данных ГИБДД, был установлен автомобиль «Хенде Солярис» с характерными повреждениями крыла, зарегистрированный на супругу А., находящийся в его фактическом пользовании.

Анализ прослушивания телефонных переговоров, который вел А. со своими абонентами, позволил им, то есть сотрудниками полиции, установить других членов банды – Г. и Г., а при изучении видеозаписей с камер наблюдения ломбарда, на который 28 декабря 2013 года было совершено нападение, и подъезда дома по месту фактического проживания А., была установлена его причастность к этому разбою. В результате прослушивания телефонных переговоров, которые вели между собой А., Г., Г. и неустановленные лица, была также получена информация о том, что имеющееся у участников банды оружие, которое до этого хранилось дома у А., необходимо перепрятать на автомобильную мойку.

Впоследствии было установлено, что в распоряжении Г. имеется такая мойка, расположенная где-то в районе *** города Москвы, однако установить ее фактическое местонахождение и произвести обыск удалось только летом 2014 года.

Протоколом обыска автомобильной мойки, расположенной по адресу: ***, в ходе которого в одном из помывочных боксов обнаружены и изъяты два пистолета с уничтоженными номерами (т. 15 л. д. 127-131), один из которых, согласно заключению баллистической экспертизы (т. 17 л. д. 110-120), является стандартным пистолетом МР-79-9ТМ калибра 9 mm Р.А. без номера, производства России (г. Ижевск) и относится к гражданскому короткоствольному огнестрельному оружию ограниченного поражения; другой пистолет без номера является стандартным пистолетом «Walther SUPER PP» калибра 9 мм Р.А.К. производства Германии и относится к гражданскому короткоствольному газовому оружию. Пистолеты пригодны к стрельбе, маркировочные обозначения на них уничтожены.

Доводы защиты о том, что на изъятых в ходе обыска пистолетах отсутствуют отпечатки следов рук и потожировые выделения, как на то указывает адвокат Костяев, высказаны вопреки материалам дела и противоречат им. Согласно дактилоскопическому и биологическому исследованиям при производстве комплексной экспертизы обнаруженные на поверхностях пистолетов следы рук не пригодны для идентификации, а установить генетические признаки обнаруженных следов пота не представилось возможным в связи с недостаточным количеством и (или) деградацией ДНК.

Факт, обстоятельства и результаты произведенного обыска в судебном заседании подтвердил понятой — свидетель Д-в И.В.

Протоколом осмотра мобильных телефонов ( т. 19 л. д. 32-34, 35-37, 38-40), изъятых в ходе личного досмотра А. ( т. 15 л. д. 28-30) и Г. (т. 15 л. д. 34-36), в ходе обыска по месту фактического проживания последнего в *** (т. 15 л. д. 84-88), о чем в судебном заседании дал показания свидетель Ж-в И.В., также в ходе осмотра салона автомобиля марки «Хонда Аккорд» государственный регистрационный знак ***, принадлежащего Г. (т. 15 л. д. 59-73), об обстоятельствах которого в судебном заседании был допрошен свидетель А-в В.А., установлено следующее.

В используемых А. мобильных телефонах, а именно в «Айфоне 4 С» с абонентским номером 8 ** и «Нокиа 6700с-1» с абонентским номером ***), записаны абонентские номера: +7** «Лаша» — используемый Г. (т. 19 л. д. 32-34); в используемых Гамисония мобильных телефонах «Нокиа 100» (абонентский номер 8***), «Нокиа»-105» и «Нокиа С3-01 без сим-карты записан абонентский номер +7*** «Панчо», используемый Г. (т. 19 л. д. 38-40), что в судебном заседании не оспаривается и самим подсудимым Г.

В используемых Г. мобильных телефонах «Нокиа 107» (абонентский номер 8**) и «Айфоне 4» (абонентский номер 8**), записаны три абонентских номера под именем «Нукри»: +9 **, 8 ** и 8 **, используемые А., также имеется абонентский номер 8 ** – «Лаша», используемый Г.

Фактическое использование вышеуказанных абонентских номеров в судебном заседании не оспаривается подсудимыми А., Г. и Г., а протоколом осмотра детализации их телефонных соединений за период времени с 01 января 2013 года по 04 февраля 2014 года (т. 19 л. д. 199-204, 205-208, 209-211), установлены факты их постоянного нахождения и общения в зоне действия базовых станций в непосредственной близости от объектов нападений, при этом не только в дни совершения разбоев, но и в предшествующие сутки.

Вышеуказанные объективно установленные обстоятельства опровергают доводы защиты о спонтанном характере совершения нападений, поскольку свидетельствуют о планировании и тщательной подготовке к совершению преступлений и, вопреки доводам защиты, позволяют суду прийти к выводу об устойчивости группы, в которую входили подсудимые.

Более подробно сведения из детализации телефонных соединений вышеуказанных абонентских номеров и мобильных телефонов приведены судом ниже при изложении доказательств по каждому из инкриминируемых преступлений.

Помимо вышеизложенного, вина подсудимых по каждому из деяний подтверждается следующими доказательствами, представленными стороной обвинения.

По факту хищения 10 июня 2013 года имущества ИП «Л- М.А.», помимо фактического признания своей вины подсудимыми А. и Г. по данному эпизоду, их вина подтверждается следующими доказательствами.

Заявлением руководителя ИП «Л- М.А.» (т. 2 л.д.51), его показаниями на предварительном следствии (т. 2 л. д. 82-87, 236-237) и в судебном заседании, из которых следует, что в ходе нападения 10 июня 2013 года на магазин разбиты стекла витрин и похищены ювелирные украшения на сумму, установленную в результате произведенной в тот же день ревизии.

Наименование, перечень, стоимость похищенных ювелирных изделий, а также размер причиненного материального ущерба, помимо показаний потерпевшего Л-а, установлен представленным им в судебное заседание актом инвентаризации товарно-материальных ценностей, свидетельствующий о причинении ИП «Л- М.А.» имущественного вреда на общую сумму 1 243 920 рублей.

Протоколом осмотра места происшествия – помещения ювелирного магазина по адресу: ***(т. 2 л. д. 68-78), в ходе которого обнаружены и изъяты биологические следы, принадлежащие, согласно справкам о проверках по учетам (т. 2 л. д. 153-154) и заключениям биологических экспертиз, Г. (т. 16 л. д. 52-54, 67-72) и А. (т. 17 л. д. 239-264).

Вещественным доказательством – видеозаписью с камеры видеонаблюдения, установленной в ювелирном магазине ИП «Л- М.А.», изъятой в ходе выемки (т. 2 л. д. 126 -129), осмотренной в ходе следствия (т. 2 л. д. 133-141) и воспроизведенной в судебном заседании, на которой запечатлено, как в помещение магазина с сумкой в руке заходит Г., следом за ним заходит А., у которого в правой руке находится пистолет. Последний А. направляет в сторону находящегося в зале мужчины, периодически отходит к двери, где осматривается по сторонам, продолжая при этом направлять пистолет на этого мужчину, примерно через две минуты А. и Г. покидают магазин.

Показаниями на предварительном следствии потерпевшего Г-а В.О., из которых следует, что 10 июня 2013 года около 16 часов 45 минут он находился в своем кабинете, расположенном в подвальном помещении ювелирного магазина, когда услышал удар в торговом зале и на мониторе камеры видеонаблюдения увидел, как двое мужчин пытаются разбить витрину. Когда он, Г-, выглянул в коридор, то один из нападавших направил на него пистолет, после чего он, Г-, испугавшись за свою жизнь и здоровье, сразу же ушел в свой кабинет, где нажал кнопку тревожной сигнализации (т. 2 л. д. 103-108, 225-227).

Показаниями на предварительном следствии потерпевшего П-я В. о том, что днем 10 июня 2013 года он находился в ювелирном магазине своего знакомого — Л-а, куда вошли двое ранее неизвестных мужчин, один из которых направил в его сторону пистолет, а другой стал чем-то бить по витрине. Когда ему удалось разбить стекло витрины, и он стал собирать ювелирные украшения, первый нападавший продолжал направлять на него, П-я, пистолет, в связи с чем он реально опасался за свою жизнь и здоровье. При выходе из магазина этот же нападавший брызнул в его сторону из газового баллончика (т. 2 л. д. 109-113, 162-163, 213-215, 219-221).

Протоколами предъявления лица для опознания, в ходе которого П-ь указал на А. как на того из нападавших, который направлял на него пистолет и брызнул из газового баллончика (т. 2 л. д. 165-168), также на Г. (т. 2 л. д. 191-194), который разбивал витрину с ювелирными украшениями.

Протоколом предъявления предмета для опознания, согласно которому П-ь из числа трех предъявленных ему пистолетов черного цвета уверенно и категорично указал на пистолет без номерных обозначений марки МР-79-9ТМ калибра 9 мм, который был изъят в ходе обыска в помещении автомобильной мойки, о чем в приговоре указано выше, пояснив, что именно этим пистолетом ему угрожал А. (т. 19 л. д. 27-31).

Протоколом осмотра детализации телефонных соединений абонентских номеров, используемых А. и Г., которым установлены их неоднократные соединения 10 июня 2013 года, начиная с 11 часов 57 минут до 16 часов 56 минут, в зоне действия базовых станций, расположенных в непосредственной близости от места нахождения ювелирного магазина ИП «Л- М.А.», то есть за четыре часа до совершения разбоя и примерно через пять-десять минут после нападения.

Оценив все представленные доказательства по данному эпизоду, суд приходит к выводу о виновности и доказанности вины подсудимых А. и Г. в совершении данного преступления и, с учетом позиции государственного обвинителя, квалифицирует их действия по п. п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, организованной группой, в особо крупном размере.

Об угрозе применения насилия, опасного для жизни и здоровья, и о применении нападавшими оружия, свидетельствуют действия подсудимого А., который направлял пистолет МР-79-9ТМ на П-я и Г-а, что давало последним реальные основания опасаться за свою жизнь и здоровье.

Суд признает разбой совершенным в составе организованной группы, о чем в приговоре будет указано ниже, с причинением ущерба в особо крупном размере, которым, в соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ, является хищение имущества на общую сумму 1 243 920 рублей.

По факту хищения 18 июня 2013 года имущества ООО ***, помимо фактического признания вины подсудимыми А., Г., и несмотря на отрицание своей вины подсудимым Г., вина всех подсудимых подтверждается следующими доказательствами.

Заявлением заместителя генерального директора ООО *** Г- И.Ю. (т. 3 л. д. 29) и ее показаниями в судебном заседании о том, что на момент совершения нападения камеры видеонаблюдения в ломбарде установлены не были. 18 июня 2013 года в 16 часов 10 минут ей, Г-, позвонила кассир К-а и сообщила о хищении ювелирных изделий, точный перечень которых был установлен в тот же день на основании проведенной проверки.

Актом инвентаризации драгоценных металлов и изделий из них с указанием наименования и стоимости похищенных ювелирных изделий, свидетельствующих о причинении ООО *** материального ущерба на общую сумму 1 733 148 рублей.

Протоколом осмотра места происшествия — помещения ООО *** расположенного по адресу: ***, в ходе которого были зафиксированы разбитые витрины, обнаружены и изъяты биологические следы (т. 3 л. д. 30-41), которые по данным ДНК совпадают с изъятыми с места нападения 10 июня 2013 года по адресу: *** (т. 3 л. д. 110 -113), и принадлежат, согласно заключению биологических экспертиз, подсудимому Г. (т.16 л. д. 83-86, 125-133).

Показаниями на предварительном следствии потерпевших — кассира К-ой С.В. ( т. 3 л. д. 81-83, 85-89, 104-106) и администратора М-а Г.Ю. (т. 3 л. д. 92-94, 96-99, 100-102), из которых следует, что 18 июня 2013 года они находились на своем рабочем месте, когда примерно в 16 часов 05 минут в помещение ломбарда зашли трое неизвестных ранее мужчин. Один из них подошел к витрине, расположенной прямо от входной двери, за которой находились К-а и М-, правой рукой направил на них пистолет и крикнул: «Ложись!», что они и выполнили, реально ощутив угрозу своей жизни и здоровью. В это время двое других нападавших разбили стекла витрины, расположенной слева от входа, и похитили ювелирные украшения.

Протоколом осмотра детализации телефонных соединений абонентских номеров, используемых всеми подсудимыми, в том числе и Г., которыми установлено их нахождение и общение в зоне действия базовых станций, расположенных в непосредственной близости от ломбарда не только 18 июня 2013 года, но и накануне.

Так, 17 июня 2013 года начиная с 14 часов 51 минут А., Г. и Г. неоднократно созваниваются между собой, при этом их соединения регистрируются базовыми станциями сотовой связи, расположенными в городе Москве по адресам: ***, а 18 июня 2013 года, именно в момент начала нападения на ломбард, Г., использующий абонентский номер 8 ***, соединяется с неустановленным лицом, использующим абонентский номер 8 ***, находясь в районе действия базовой станции сотовой связи у дома ***.

Вышеизложенное в совокупности со сведениями, предоставленными генеральным директором ООО «***» М-н Н.Г. о том, что на момент рассматриваемого судом события Г., как не прошедший испытательный срок, официально трудоустроен не был и после 30 мая 2013 года фактически не работал, к показаниям подсудимого Г. о его нахождении в течение 18 июня 2013 года на работе в указанной организации, равно как и о том, что свой мобильный телефон с абонентским номером 8 *** он забыл в машине Г., о чем последний и Г. впервые заявили лишь в судебном заседании, позволяет суду критически оценить показания Г. о непричастности к разбойному нападению на ООО ***».

Оценивая собранные доказательства по данному эпизоду, суд приходит к выводу о виновности и доказанности вины подсудимых А., Г. и Г. в совершении данного преступления, в связи с чем, с учетом позиции государственного обвинителя, квалифицирует их действия по п. п. «а», « б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, организованной группой, в особо крупном размере.

Об угрозах применении насилия, опасного для жизни и здоровья, свидетельствуют действия подсудимого А., который демонстрировал предмет, похожий на пистолет, потерпевшим К-ой и М-у, что последние воспринимали как реальную угрозу своей жизни и здоровью.

Суд признает разбой совершенным в составе организованной группы, о чем в приговоре будет указано ниже, с причинением ущерба в особо крупном размере, которым, в соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ, является ущерб на сумму 1 733 148 рублей, причиненный ООО ***.

По факту хищения 20 июля 2013 года имущества ООО «***», помимо признания своей вины по данному эпизоду подсудимыми А., Г. и Г., их вина подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями на предварительном следствии генерального директора ООО «***» — потерпевшего О-а А.А., которому 20 июля 2013 года примерно в 12 часов позвонила товаровед Л-а с сообщением о совершенном нападении ( т. 1 л. д. 146-148, 234-235), также актом инвентаризации товарно-материальных ценностей, с указанием перечня похищенных ювелирных изделий, их наименования и стоимости, свидетельствующими о причинении ООО «***» в результате разбойного нападения материального ущерба на общую сумму 4 069 810 рублей 50 копеек.

Протоколом осмотра места происшествия — помещения ювелирного магазина «***», расположенного в доме ***, в ходе которого зафиксирована обстановка в торговом зале после нападения, изъяты следы пальцев рук, складной нож, хозяйственная сумка из полимерного материала и черная перчатка ( т. 1 л. д. 96-113).

Вещественным доказательством — видеозаписью с камер видеонаблюдения установленных в магазине «***» ООО «***», изъятой в ходе выемки (т. 2 л. д. 38-41), осмотренной в ходе следствия (т. 2 л. д. 42-45) и воспроизведенной в судебном заседании, на которой зафиксировано, как в магазин заходят две женщины и подходят к витринам, где изучают их содержимое, а в 14 часов 43 минуты заходят А. и Г. В это время к входной двери подходит Г. и остается ждать. Г. направляет пистолет на охранника и посетительниц. А. также с пистолетом в руках подходит к ним, в то время как Г. с сумкой в руках направляется к витринам, складывает в сумку ювелирные изделия. В 14 часов 46 минут А. и Г. уходят из магазина, держа в руках сумку, к ним присоединяется Г.

Заявлением товароведа-продавца ООО «***» Л-ой Т.М. (т. 1 л. д. 95) и ее показаниями на предварительном следствии, из которых следует, что 20 июля 2013 года примерно в 14 часов 40 минут она вышла в торговый зал и услышала требования: «Всем спокойно! Сидеть на местах!». Через отражение в зеркале она, Л-а, увидела мужчину с пистолетом в руке, лицо которого скрывали темные очки, поняла, что происходит ограбление и сразу же нажала на кнопку тревожной сигнализации. Примерно через пять минут она вышла в торговый зал, где увидела охранника — Б-а и ранее незнакомого мужчину — С-а, который видел нападавших и зашел убедиться, всё ли в порядке в ювелирном магазине (т. 1 л. д. 123-125).

Показаниями в суде свидетеля С-а И.М. о том, что 20 июля 2013 года он проходил по *** мимо ювелирного магазина в тот момент, когда из него выскочили трое мужчин в солнцезащитных очках, один из них держал в руке объемную сумку. Мужчины прошли на автомобильную парковку, сели в автомашину «Хенде Солярис», номерной знак которого был закрыт картоном, а переднее левое крыло – зашпатлевано, после чего уехали в сторону центра. Когда он, С-, зашел в ювелирный магазин, то сотрудники рассказали о только что совершенном нападении, в ходе которого им угрожали двумя пистолетами.

Протоколами предъявления лица для опознания, согласно которым С. уверенно по характерному строению лица, носу, родимым пятнам на лице, росту, телосложению, возрасту опознал Г. (т. 1 л. д. 188-191), также категорично указал на А., которого опознал по строению лица, носу, овалу лица, подбородку, росту, телосложению, возрасту (т. 1 л. д. 196-199), пояснив, что именно они вместе с третьим мужчиной с сумкой выходили из магазина «***» 20 июля 2013 года.

Свои показания свидетель С- полностью подтвердил в ходе проведения очных ставок с А. (т. 1 л. д. 219-221) и с Г. (т. 1 л. д. 210-212) и настоял на них в судебном заседании.

Показаниями на предварительном следствии охранника ООО «***» — потерпевшего Б-а В.А. о том, что 20 июля 2013 года после обеденного перерыва в магазин зашли две девушки, которые стали рассматривать на витрине ювелирные изделия, когда в помещение забежали двое неизвестных мужчин в темных очках, в темной одежде с капюшонами, один из которых держал в руках пистолет, направил его на Б-а, и этих двух девушек. Другой нападавший перепрыгнул через витрины и стал собирать в сумку ювелирные изделия вместе с лотками, после чего он, Б-, увидел, что у него также имеется пистолет, который нападавший спрятал спереди в одетые на нем брюки. Третьего мужчину, участвовавшего в нападении, Б- успел разглядеть через стеклянную входную дверь (т. 1 л. д. 141-143, 173-175).

Протоколами предъявления лиц для опознания, из которых следует, что Б- по характерному строению лица, высокому лбу, телосложению, росту, возрасту опознал Г., указав, что именно он стоял за дверью в момент нападения (т. 1 л. д. 184-187), по скулам, овалу лица, носу, голосу, телосложению и росту также опознал А. (т. 1 л. д. 192-195), и свои показания подтвердил в ходе проведения с ними очных ставок (т. 1 л. д. 207-209, 216-218).

Показаниями в суде оперуполномоченного *** «ИР» УУР ГУ МВД России по г. Москве — свидетеля К-ва А.Н. об обстоятельствах получения им объяснений от А., который рассказал о своем участии в нападении в июле 2013 года на ювелирный магазин, расположенный в *** переулке, при этом пояснил, что они приехали на автомобиле «Хэнде Солярис», вместе с ними был также и Г., который прошел в торговый зал и вместе с ним, А., собрал ювелирные изделия, тогда как Г. стоял около входных дверей магазина.

Протоколом осмотра детализации телефонных соединений, которым установлено фактическое общение подсудимых между собой и с неустановленным абонентом в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: ***, то есть в непосредственной близости от магазина ООО «***», не только в день нападения, но и накануне.

Так, имеются сведения о соединениях в зоне действия вышеупомянутой станции 19 июля 2013 года абонентских номеров 7 922, используемого Г., и 7 ***, используемого А., также о их соединениях 20 июля 2013 года между собой и с абонентским номером 7 ***, используемым Г., примерно за сорок минут до совершения разбоя, так и примерно через десять минут после нападения.

Собственными показаниями Г. в качестве обвиняемого, из которых следует, что, помимо него, А. и Г. в нападении 20 июля 2013 года участвовали двое незнакомых ему лиц, одного из которых звали Д-н. Он, Г., за свое участие получил 60000 рублей. Кто занимался подготовкой нападения, ему, Г., неизвестно (т. 18 л. д. 69-73).

Анализируя собранные по данному факту доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о виновности и доказанности вины подсудимых А., Г. и Г. в совершении данного преступления, в связи с чем, с учетом позиции государственного обвинителя, квалифицирует действия подсудимых по п. п. «а», « б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой, в особо крупном размере.

Об угрозах применении насилия, опасного для жизни и здоровья, свидетельствуют действия подсудимых А. и Г., которые демонстрировали предметы, похожие на пистолеты, потерпевшему Б-у и двум неустановленным посетительницам, что ими, с учетом скоротечной психотравмирующей обстановки в момент нападения, давало все основания опасаться за свою жизнь и здоровье.

Суд признает разбой совершенным в составе организованной группы, о чем в приговоре будет указано ниже, с причинением ущерба в особо крупном размере, которым в соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ является ущерб на сумму 4 069 810 рублей 50 копеек, причиненный ООО «***».

По факту хищения 10 сентября 2013 года имущества ООО «***» и ООО ломбард «***», помимо признания своей вины А., Г. и Г., вина подсудимых подтверждается следующими доказательствами.

Заявлением генерального директора ООО «***» и учредителя ООО ломбард «***» М-на В.П. ( т.3 л. д. 178) и его показаниями в судебном заседании о том, что 10 сентября 2013 года в 12 часов 49 минут он, М-н В.П., узнал от своего сына — директора ломбарда М-на П.В. о вооруженном нападении и через десять минут приехал на место, где уже были приняты меры безопасности по сохранности ювелирных изделий с драгоценными камнями в разбитых витринах, в этот же день проведена ревизия, установившая размер причиненного ущерба.

Инвентаризационной описью товарно-материальных ценностей, представленной потерпевшим М-ным В.П. с указанием перечня похищенных ювелирных изделий, их наименования и стоимости, свидетельствующей о причинении ООО «***» и ООО ломбард «***» материального ущерба на 9 878 271 рубль 21 копейку, также протоколом осмотра фотографий похищенных ювелирных изделий (т. 4 л. д. 124-128).

Смотрите так же:  Узнать арест авто гибдд

Протоколом осмотра места происшествия – помещения ломбарда и ювелирного салона, расположенных в ***, по результатам которого изъята флеш-карта с видеозаписью с камер видеонаблюдения (т. 3 л. д. 179-197).

Вещественным доказательством – видеозаписью, осмотренной в ходе следствия (т. 2 л. д. 133-141) и воспроизведенной в судебном заседании, зафиксировавшей с трех ракурсов обстоятельства нападения трех мужчин, которые в 12 часов 46 минут заходят в помещение ломбарда, при этом один из них, угрожая пистолетом женщине, находившейся в зале, уводит ее в дальнюю часть ломбарда. Второй мужчина угрожает пистолетом охраннику и заводит его в подсобное помещение, третий мужчина разбивает витрины и собирает ювелирные изделия в клетчатую сумку.

Показаниями в суде товароведа-оценщика — потерпевшего С-на Д.С., из которых следует, что в момент нападения он со своим знакомым Александром находился за прилавком напротив кассы ломбарда, когда к нему подошел неизвестный мужчина и, направив на него пистолет револьверного типа, сказал: «Ограбление!». После этого этот же мужчина вытолкнул Александра в торговый зал, после чего вернулся и потребовал от него, С-на, ключи от хранилища, спросив при этом, где находится касса. Окно кассы к этому моменту уже закрыла металлическими ставнями кассир К-а. После этого мужчина с револьвером приказал ему лечь на пол лицом вниз и руки завести за голову, что он, С-н, и сделал, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, при этом слышал, как бьются стекла в торговом зале.

Протоколами предъявления лиц для опознания, из которых следует, что по телосложению, глазам, чертам лица С-н опознал А. (т. 4 л. д. 38-41) и по форме носа, разрезу глаз опознал Г. (т. 4 л. д. 48-51), как лиц, участвовавших в нападении 10 сентября 2013 года.

Показаниями на предварительном следствии кассира ломбарда — потерпевшей К-ой С.Н., из которых следует, что 10 сентября 2013 года в 12 часов 46 минут она находилась на рабочем месте, когда услышала звук ударов по стеклу и увидела в торговом зале человека с пистолетом в руках. Испугавшись, она закрыла окно кассы, входную дверь и нажала на тревожную кнопку, сообщив о происходящем начальнику. Примерно через пять минут в зале все стихло, она, К-а, вышла из комнаты и в этот момент увидела этого мужчину с пистолетом, при этом сильно испугалась из-за того, что он может в нее выстрелить (т. 4 л. д. 118-120).

Показаниями в суде администратора ООО «***» — потерпевшего М-ва С.Г. о том, что 10 сентября 2013 года в 12 часов 46 минут в помещение ломбарда вошел мужчина с пистолетом в руках, который он, М-в, воспринял как настоящее огнестрельное оружие, и который нападавший направил прямо на него со словами: «Сиди спокойно, ничего не делай, если хочешь жить», после чего сорвал прикрепленную на груди у него, М-ва, кнопку тревожной сигнализации.

В этот момент появился второй мужчина, который сразу же зашел за прилавки и молотком стал разбивать стекло витрин, сбивать замки, на которые были закрыты витрины. Третий мужчина вытолкал посетителя в кухонное помещение. При этом стоящий рядом с ним, М-вым, нападавший постоянно говорил, чтобы он отвернулся в сторону. Поэтому он, М-в, испугавшись за свою жизнь и здоровье, происходящее в торговом зале практически не видел, слышал только звон разбиваемого стекла и ссыпаемых золотых украшений. Боковым зрением он, М-в, заметил, что разбивавший стекла мужчина передал третьему мужчине сумку-баул. После этого все трое выскочили из помещения ломбарда, а дверь привалили стоящими в тамбуре ломбарда стульями дверь.

Протоколами предъявления лиц для опознания, из которых следует, что М-в по телосложению, возрасту, чертам лица опознал А. (т. 4 л. д. 34-37), а по форме носа, разрезу глаз, бровям и телосложению опознал Г. (т. 4 л. д. 43-46) как лиц, участвовавших в нападении 10 сентября 2013 года.

Протоколом предъявления предмета для опознания, согласно которому М-в из пяти предъявленных ему пистолетов уверенно и категорично по цвету, размеру и форме опознал пистолет «Walther SUPER PP», который в момент нападения направлял на него А. (т. 19 л. д. 10-12).

Протоколом осмотра детализации телефонных соединений абонентского номера 8***, используемого Г., за 10 сентября 2013 года, которые в период времени с 12 часов 30 минут до 12 часов 59 минут регистрировались базовыми станциями сотовой связи, расположенными в городе ** по адресам: ***, то есть в непосредственной близости от места нахождения ломбарда ООО «***».

Анализируя собранные по данному факту доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о виновности и доказанности вины подсудимых А., Г. и Г. в совершении данного преступления, в связи с чем квалифицирует их действия по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, организованной группой, в особо крупном размере.

Об угрозах применении насилия, опасного для жизни и здоровья, свидетельствуют действия подсудимого А., который направлял пистолет «Walther SUPER PP» на М-ва, а подсудимый Г. – предмет, похожий на пистолет револьверного типа – на С-на, что давало потерпевшим основания воспринимать данные угрозы своей жизни и здоровья как реально осуществимые.

Как установлено в ходе судебного следствия и уточнено государственным обвинителем в прениях сторон, при нападении 10 сентября 2013 года подсудимым А. применялся именно пистолет «Walther SUPER PP», а не МР-79-9ТМ, указание на который в процессуальных документах является технической ошибкой. При этом уточнение в обвинении А. на применение им при нападении не огнестрельного, а газового оружия не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Суд признает разбой совершенным в составе организованной группы, о чем в приговоре будет указано ниже, с причинением ущерба в особо крупном размере, которым, в соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ, является ущерб на сумму 9 878 271 рубль 21 копейка, причиненный ООО «***» и ООО ломбард «***».

По факту хищения 30 октября 2013 года имущества ООО «***, помимо признания своей вины по данному эпизоду подсудимыми А., Г. и Г., их вина подтверждается следующими доказательствами.

Заявлением заведующей магазином ООО «***» А-ой Н.Н. (т. 4 л. д. 153) и ее показаниями в судебном заседании, из которых следует, что 30 октября 2013 года она находилась на своем рабочем месте в служебном помещении, в котором установлен монитор с камер видеонаблюдения. В 12 часов 40 минут, когда в торговом зале находились сотрудники магазина — Х***а, Д***а и охранник К***в, она, А-а, услышали крики и требования: «Всем лечь на пол!». После этого к ней в кабинет зашел мужчина в кофте-толстовке, которую она хорошо запомнила, и направил на нее пистолет, потребовав, чтобы она не шевелилась. От страха она, А-а, залезла под стол и вышла только тогда, когда грохот в зале закончился, увидев в зале разбитые витрины и отсутствие ювелирных изделий, некоторые из которых являются эксклюзивными.

Протоколами предъявления для опознания предметов, изъятых в ходе обыска по месту фактического проживания А. в квартире *** (т. 15 л. д. 93-98), в ходе которых А-а опознала кофту-толстовку с капюшоном серого цвета, в которую был одет мужчина, угрожавший ей пистолетом (т. 5 л. д. 153-158), также по характерным особенностям эксклюзивного изделия опознала колье желтого цвета с камнями белого (прозрачного) цвета, которое было похищено в ходе нападения 30 октября 2013 года (т. 15 л. д. 216-219).

Протоколом выемки из ломбарда «*****» колье из металла желтого цвета (золота) 585 пробы весом 41,5 грамм с камнями прозрачного цвета, браслета из металла желтого цвета (золота) 585 пробы весом 23,9 грамм с камнями прозрачного цвета, залогового билета № ** на имя А., а также скриншотов с камер видеонаблюдения, на которых изображены Г. и А. в момент сдачи в залог указанных ювелирных изделий (т. 15 л. д. 202-205).

Протоколом предъявления предмета для опознания, согласно которому А-а среди трех предъявленных ей для опознания браслетов указала на браслет желтого цвета с камнями белого (прозрачного) цвета, полужесткого плетения с замком карабином, с утолщением по центру, примерно 19 размера, который опознала по характерным особенностям (т. 15 л. д. 212-215).

Указанные обстоятельства потерпевшая А-а полностью подтвердила в судебном заседании.

Инвентаризационной описью ООО ««***», перечнем похищенного (т.4 л. д. 196-231) и актом инвентаризации наличных денежных средств (т. 4 л. д. 232), которыми по состоянию на 30-31 октября 2013 года установлены хищение ювелирных изделий на общую сумму 30 330 757 рублей 31 копейку и недостача в кассе 7 800 рублей.

Протоколом осмотра места происшествия – помещения ювелирного магазина ООО ««***», в ходе которого зафиксированы повреждения витрин и отсутствие ювелирных украшений (т.4 л. д. 154-168).

Вещественным доказательством — видеозаписью с камер видеонаблюдения, изъятой в ходе выемки (т. 5 л. д. 105-108), осмотренной в ходе следствия (т. 5 л. д. 109-110) и воспроизведенной в судебном заседании, на которой с четырех ракурсов запечатлены обстоятельства нападения на магазин пятерых мужчин, которые прикрывают свои лица масками и одеждой, направляют на охранника, посетителей и продавцов пистолеты, забирают с витрин ювелирные изделия и складывают в объемные хозяйственные сумки, после чего в 12 часов 46 минут выносят их через входные двери на улицу и покидают помещение магазина.

Показаниями на предварительном следствии потерпевших: продавца-кассира Х***ой М.В. о том, что на момент ее прихода на работу в кассе находились 7 800 рублей, похищенные одним из нападавших (т. 5 л. д. 50-54, 121-123), также заместителя заведующей ювелирного магазина Д***ой С.Э. (т. 5 л. д. 55-59, 126-128) об обстоятельствах совершенного 30 октября 2013 года в 12 часов 40 минут разбоя, в ходе которого один из нападавших направил пистолет на охранника К***ва, потребовав, чтобы все легли на пол, что они и выполнили, опасаясь за свою жизнь и здоровье.

Также показаниями на предварительном следствии потерпевших – охранника К***ва В.М. о том, что под угрозой пистолета он лег на пол и лишь после ухода нападавших обнаружил пропажу находившегося при нем, К***ве, газового пистолета ИЖ-79-8 ( т. 5 л. д. 60-64, 131-133), и начальника филиала ФГУП «***» МВД России по городу Москве П-а В.М. о причинении их организации материальный ущерба в размере стоимости пистолета ИЖ-79-8.8 мм № ТАК 8820 1996 с восьмью холостыми патронами на общую сумму 2133 рубля 82 копейки (т. 5 л. д. 76-77).

В судебном заседании подсудимый Г. показал, что именно он обезоружил охранника К***ва и, уезжая с места преступления, газовый пистолет за ненадобностью выбросил в мусорный контейнер в районе Я*й набережной.

Показаниями свидетеля К-ва А.Н. в судебном заседании об обстоятельствах получения объяснений от задержанного А., в ходе которых последний сообщил о том, что вместе с Г. и неким Георгием совершили разбойное нападение на ООО «***» приехали на автомобиле, при этом Г. остался около входных дверей ювелирного магазина и стал следить за обстановкой, а он, А., и Г. зашли в магазин и, угрожая пистолетом, совершили хищение ювелирных изделий, которые продали мужчине по имени Андрей, а вырученные денежные средства поделили между собой.

Показаниями обвиняемого Г., который в ходе предварительного следствия также не отрицал своего участия в нападении 30 октября 2013 года на ювелирный магазин, расположенный в городе ***, поясняя, что его роль заключалась в наблюдении за окружающей обстановкой для предупреждения А., Г. и двоих ранее ему неизвестных лиц о возможной опасности. За участие в нападении он, Г., получил 70000 рублей (т. 18 л. д. 69-73).

Протоколом осмотра детализации телефонных соединений абонентских номеров, используемых А., Г. и Г., которые 30 октября 2013 года за два часа до совершения разбоя и примерно через десять-пятнадцать минут после нападения регистрировались базовыми станциями сотовой связи, расположенными в городе *** по адресам: ***, и 1****, то есть в непосредственной близости от места совершения нападения на ООО «***».

Анализируя собранные по данному факту доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о виновности и доказанности вины А., Г. и Г. в совершении данного преступления, в связи с чем, с учетом позиции государственного обвинителя, квалифицирует действия подсудимых по п. п. «а», « б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой, в особо крупном размере.

Об угрозах применении насилия, опасного для жизни и здоровья, свидетельствуют действия подсудимого А. и Г., которые демонстрировали предметы, похожие на пистолеты, Х***ой, Д***ой и К***ву, что последними, будучи подвергнутыми неожиданному нападению, воспринималось как реальная угроза их жизни и здоровью.

Суд признает разбой совершенным в составе организованной группы, о чем в приговоре будет указано ниже, с причинением ущерба в особо крупном размере, которым, в соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ, является ущерб в размере похищенных денег из кассы и ювелирных изделий на общую сумму 30 330 757 рублей 31 копейку, причиненный ООО «***».

По факту нападения 28 декабря 2013 года на ООО «***», помимо признания своей вины подсудимыми А., Г. и Г., их вина подтверждается следующими доказательствами.

Заявлением представителя ООО «***» М-а А.В. (т. 5 л. д. 169) и его показаниями в судебном заседании о том, что 28 декабря 2013 года примерно в 13 часов ему позвонили сотрудники магазина «***» и сообщили о совершенном только что вооруженном нападении, в связи с чем он, М-, немедленно приехал в магазин и увидел в торговом зале разбитые витрины, в которых были выставлены на продажу ювелирные ценности.

Актом инвентаризации драгоценных металлов и изделий из них, также сличительной ведомостью инвентаризации товарно-материальных ценностей, проведенной 28 декабря 2013 года, из которых, также, как и из показаний потерпевшего М-а в суде следует, что в результате нападения ООО «***» причинен материальный ущерб на сумму 3 999 279 рублей.

Протоколом осмотра места происшествия — помещения ювелирного магазина «***» по адресу: ***. В ходе осмотра места происшествия зафиксирована обстановка после совершенного разбойного нападения (т. 5 л. д. 170-183).

Вещественным доказательством – видеозаписью с камер видеонаблюдения, изъятой в ходе выемки (т. 6 л. д. 229-232), осмотренной на предварительной следствии (т. 6 л. д. 229-237) и воспроизведенной в судебном заседании, на которой видно, как в 12 часов 47 минут мимо входа в магазин проезжает автомобиль «Мазда 3», после чего в 12 часов 50 минут в магазин, где находятся четверо работников магазина за прилавками и трое посетителей в торговом зале, забегают мужчины в масках с пистолетами в руках. Один из них отводит посетителей в сторону, другой кладет охранника лицом вниз и остается с ним, держа в руках пистолет, другие нападавшие в это время собирают лежащие на витринах ювелирные изделия и складывают в сумку. В 12 часов 51 минуту из магазина выходит неустановленный соучастник и вместе с Г. в сторону автомобиля «Мазда 3». В 12 часов 52 минуты этот же неустановленный соучастник возвращается ко входу, пытается открыть дверь магазина, держа в руке пистолет, после чего стекло входной двери разбивается, из магазина выбегают А. и Г.

Показаниями в суде потерпевшей Р-ой Н.П. — ассистента генерального директора ООО «***», которое входит в состав группы компании «***», среди которых также находится ООО «***», из которых следует, что 28 декабря 2013 года в магазине работники магазина Л-а, Ч-а, М-а, П-а и М-а.

Примерно в 12 часов 50 минут она, Р-а, увидела вбегающих в магазин незнакомых мужчин в масках и с пистолетами в руках, которыми нападавшие водили из стороны в сторону. Один из них повалил охранника Б-а на пол, лицом вниз, а другой также под угрозой пистолета отвел троих посетителей в сторону. Она, Р-а, присела на корточки за витринами, куда перелез нападавший, угрожавший посетителям. Последний единственный был без маски и потребовал не смотреть на него. Тем не менее она, Р-а, успела рассмотреть и нападавшего, которым оказался подсудимый Г., и пистолет, который Г. положил на витрину.

Протоколом предъявления лица для опознания, согласно которому по характерному строению лица, росту, телосложению Р-а указала на Г. как на того из нападавших, с которым у нее состоялся короткий диалог (т. 7 л. д. 1-4), также протоколом предъявления предмета для опознания, из которого следует, что Р-а по форме, размеру и цвету опознала пистолет (т. 19 л. д. 19-21).

Показаниями в суде потерпевшей Ч-ой Е.В. – продавца-консультанта магазина «***», также на предварительном следствии других сотрудников магазина — потерпевших М-ой В.Г. ( т. 6 л. д. 177-182, 210-212), Л-ой А.А. (т. 6 л. д. 200-202), П-ой Е.В. ( т.6 л. д. 190-192) и М-ой Т.Н. ( т. 6 л. д. 195-197), которые также видели у нападавших пистолеты и то, как один из них повалил охранника Б-а на пол, другой отвел троих посетителей к окну и усадил на диван, а после того, как были собраны с витрин паллеты с ювелирными изделиями, нападавшие разбили стекло входной двери.

Протоколом предъявления предмета для опознания, согласно которому Ч-а по характерным дефектам (бороздам и царапинам) на затворе и рукоятке коричневого цвета указала на пистолет марки «МР-79-9ТМ» без номера, пояснив, что именно этот пистолет на нее направлял один из нападавших (т. 19 л. д. 16-19).

Указанные обстоятельства потерпевшие Р-а и Ч-а полностью подтвердили в судебном заседании.

Показаниями в суде потерпевшего Б-а А.А., из которых следует, что 28 декабря 2013 года примерно в 12 часов 50 минут в магазин вбежал мужчина с медицинской маской на лице и черным пистолетом в руках и потребовал от присутствующих лечь на пол. Восприняв пистолет как настоящее огнестрельное оружие, а угрозу — как реально осуществимую, он, Б-, выполнил его требование. Затем в магазин зашли еще двое, но их он не рассмотрел, так как лежал на полу лицом вниз. В тот момент, когда он, Б-, предпринял попытку засунуть руку в карман и нажать тревожную кнопку, находившийся рядом с ним нападавший не дал этого сделать со словами: «Не дергайся, а то застрелю!». Этот же мужчина, который держал его, торопил остальных и громко кричал с акцентом. Спустя несколько минут нападавшие попытались выбежать из помещения, но, поскольку дверь была заблокирована, им пришлось разбить стекло входной двери, после чего они выбежали на улицу.

Показаниями в суде свидетеля К-ва А.Н. об обстоятельствах получения им объяснений от А., в ходе которого задержанный не оспаривали того, что совершил нападение 28 декабря 2013 года вместе с Г. и неким Георгием на ломбард, расположенный на **, приехав на автомобиле марки «Мазда», за рулем которой находился Георгий.

Протоколом осмотра детализации телефонных соединений абонентских номеров, используемых подсудимыми А., Г. и Г., соединения которых между собой и неустановленными абонентами были зафиксированы 28 декабря 2013 года за три часа до совершения нападения на магазин «***», расположенного в ***, и примерно через 10-20 минут после совершения разбоя, при этом абонентский номер 8*** находился в радиусе действия базовой станции сотовой связи, установленной по адресу: ***, то есть в непосредственной близости от места фактического проживания А.

Оценив все представленные доказательства по данному эпизоду, суд приходит к выводу о виновности и доказанности вины подсудимых А., Г. и Г. в совершении данного преступления и квалифицирует их действия по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, организованной группой, в особо крупном размере.

Как установлено в судебном заседании и уточнено государственным обвинителем в прениях сторон, нападение на ООО «***», расположенное по адресу: ***, совместно с неустановленными соучастниками подсудимые А., Г. и Г. совершили 28 декабря 2013 года, что соответствует постановлению о привлечении их в качестве обвиняемых.

При таких обстоятельствах, указание в описательной части обвинительного заключения на совершение данного нападения 10 сентября 2013 года в отношении ООО «***» является технической ошибкой, смысл которой очевиден, в связи с чем уточнение государственным обвинителем в прениях сторон времени и места совершения преступления, в данном случае не является существенным обстоятельством, влекущим нарушение права подсудимых на защиту.

Об угрозе применения насилия, опасного для жизни и здоровья, и о применении оружия в ходе нападения свидетельствуют действия подсудимых А., Г. и неустановленных участников группы, которые высказывали угрозы расправой и направляли пистолеты МР-79-9ТМ, «Walther SUPER PP» и предметы, похожие на пистолеты, на сотрудников магазина и посетителей, что в момент нападения давало потерпевшим реальные основания опасаться за свою жизнь и здоровье.

Суд признает разбой совершенным в составе организованной группы, о чем в приговоре будет указано ниже, с причинением ущерба в особо крупном размере, которым, в соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ, является хищение имущества на сумму 3 996 279 рублей 18 копеек.

По факту хищения 31 января 2014 года денежных средств КБ «***», помимо фактического признания своей вины подсудимыми А. и Г., вина последних подтверждается следующими доказательствами.

Заявлением представителя КБ «***» (ООО) Б.П.В. (т. 7 л.д.30) и его показаниями на предварительном следствии о том, что на момент хищения денег из кассы, в ней находились 335 242 рубля, 460 долларов США и 295 евро, что фиксируется специальной программой операционных касс Банка — «Монета», передающей информацию о наличии денежных средств в течение суток автоматически на сервер банка (т. 7 л. д. 149-151).

Показаниями в суде потерпевшей М-ой Е.Г. о том, что общая сумма ущерба, причиненного в результате нападения КБ «***» (ООО) была установлена по средствам инвентарной описи валютных и лицевых счетов за 31 января 2014 года, и составила 365 642 рублей 66 копеек.

Инвентарными описями валютных операций (т. 7 л. д. 209) и лицевых счетов (т. 7 л. д. 210) за 31 января 2014 года, согласно которым на счету указано 460 долларов США, 295 евро и 335 242 рубля.

Протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого установлено место совершения преступления — помещение операционной кассы КБ «***» (ООО) по адресу: ***, по результатам данного следственного действия изъяты следы пальцев рук (т. 7 л. д. 32-53), оставленные, согласно выводам дактилоскопической экспертизы, ладонью левой руки Г. (т. 17 л. д. 85-97), также изъят видеорегистратор.

Вещественным доказательством – видеозаписью с камеры видеонаблюдения, осмотренной в ходе следствия (т. 7 л. д. 234-235) и воспроизведенной в судебном заседании, на которой запечатлено, как в 14 часов 51 минуту в помещение для клиентов заходит мужчина, одетый в куртку голубого цвета с капюшоном на голове, который через стекло направляет на кассира пистолет. После этого кассир встает к выходу из кассы и в этот же момент в помещение кассы заходит другой мужчина в черной куртке, синих джинсах и черной шапке на голове, который сначала толкает кассира на стул, затем хватает ее за одежду и выталкивает из помещения кассы. В руках у этого мужчины также находится пистолет. На записи видно, как данный мужчина складывает в черный пакет деньги, после чего в 14 часов 51 минуты 55 секунд покидает помещение операционной кассы.

Заявлением кассира банка – потерпевшей Г-ой М.А. (т. 7 л. д. 29) и ее показаниями на предварительном следствии, из которых следует, что 31 января 2014 года она находилась на рабочем месте, при этом дверь в кассу была приоткрыта из-за работающего обогревателя. Примерно в 13 часов 10 минут за окном в клиентской зоне она увидела ранее незнакомого молодого человека, который направил на нее пистолет и сказал: «Не дергайся». В этот момент в кассу ворвался другой мужчина, также держа в руках пистолет черного цвета, угрожая которым, вытолкнул ее из помещения. Затем этот же мужчина забрал из лотка для денег все находящиеся там рубли и валюту, которые убрал в свою сумку, после чего стал обыскивать сейф. Не найдя больше денег, мужчина вышел из кассы, перескочил через барную стойку, возле которой находилась продавец пива – С-а, и выбежал на улицу. Куда делся первый молодой человек, она, Г-а, не видела (т. 7 л. д. 139-142).

Протоколами предъявления лица для опознания, по результатам которых Г-а по цвету лица, по лицу, росту опознала А. (т. 18 л.д.105-108), и по цвету глаз, их разрезу, форме носа и по лицу опознала Г. (т. 18 л. д.189-191) как лиц, участвовавших в нападении 31 января 2014 года, подтвердив свои показания в ходе проведения с ними очных ставок (т. 7 л. д. 217-219, 220-222).

Показаниями в суде и на предварительном следствии (т. 7 л. д. 187-192, 198-200) потерпевшей С-ой Н.А. о том, что 31 января 2014 года примерно в 13 часов 10 минут она находилась за барной стойкой, справа от которой расположен вход в операционную кассу КБ «***», при этом дверь кассы была приоткрыта из-за включенного электрообогревателя. Внезапно она увидела, как в кассу ворвался мужчина, которого она видела только со спины, и в этот же момент к стойке подбежал другой мужчина, который стал ей угрожать пистолетом. Она, С-а, сильно испугалась и, будучи в шоковом состоянии, какого-либо сопротивления не оказывала. Впоследствии от Г-ой ей, С-ой, стало известно о том, что в нападении участвовали трое мужчин.

Протоколом осмотра детализации телефонных соединений аппарата сотовой связи IMEI ***, используемого А., который зафиксировал соединения 31 января 2014 года примерно через 15-20 минут после совершения нападения на КБ «***» в зоне действия базовой станции сотовой связи по адресу: ***, то есть в непосредственной близости от места жительства Г. (т. 19 л. д. 199-204, 205-208, 209-211).

Оценив имеющиеся доказательства по данному эпизоду, суд приходит к выводу о виновности и доказанности вины подсудимых А. и Г. в совершении данного преступления и, с учетом позиции государственного обвинителя, квалифицирует их действия по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой, в крупном размере.

Угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, суд усматривает в действиях подсудимых А., Г., которые направляли предметы, похожие на пистолеты, на потерпевших Г-у и С-у, что в момент нападения давало последним основания опасаться за свою жизнь и здоровье.

Суд признает разбой совершенным в составе организованной группы, о чем в приговоре будет указано ниже, с причинением ущерба в крупном размере, которым в соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ является хищение имущества в размере 460 долларов США, 295 евро и 335 242 рублей.

Наряду с А. и Г. в совершении данного разбойного нападения органами предварительного следствия обвиняется подсудимый Г., который, по версии обвинения, совместно с А., Г. и двумя неустановленными лицами прибыл на неизвестном автомобиле к помещению банка по вышеуказанному адресу и, будучи вооруженным предметом, похожим на пистолет, расположился возле входной двери в кассу, наблюдая за окружающей обстановкой, кроме того, угрожал этим предметом продавцу С-ой.

Действия Г. органами предварительного следствия квалифицированы по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ. Обвинение в этой части поддержано государственным обвинителем в прениях сторон.

Подсудимый Г. свою вину в совершении данного преступления в ходе предварительного следствия и в судебном заседании не признал.

В обоснование участия Г. в совершении этого нападения стороной обвинения представлены только доказательства, приведенные в приговоре выше по данному эпизоду, проверив и, оценив которые, суд пришел к выводу о том, что они лишь подтверждают факт совершения при вышеописанных обстоятельствах разбойного нападения на операционную кассу КБ «***» (ООО), причастность к нему подсудимых А. и Г. и их виновность, также применение ими в ходе нападения предметов, похожих на пистолеты.

Между тем, ни одно из представленных выше доказательств по данному эпизоду, ни их совокупность, не позволяют суду сделать однозначный, единственно правильный вывод о причастности к разбойному нападению 3 января 2014 года подсудимого Г.

В ходе предварительного следствия потерпевшие Г-а и С-а, а последняя, будучи также допрошенной и в судебном заседании, не указывают на подсудимого Г. как на участника нападения. Не позволяет суду сделать вывод о его участии и исследованная в суде видеозапись, которая фиксирует лишь обстоятельства проникновения в помещение кассы А. и Г., что подсудимые не оспаривают в судебном заседании и настаивают на свои показаниях, что разбой 31 января 2014 года они совершили без подсудимого Г.

Таким образом, идентифицировать личность третьего участника нападения, которого Г-а, как следует из показаний С-ой, видела стоящим возле входной двери в обменный пункт, не представляется возможным.

При таких обстоятельствах, учитывая, что какие-либо объективные доказательства, подтверждающие предъявленное Г. обвинение в совершении разбоя 31 января 2014 года, в материалах дела отсутствуют и суду не представлены, суд приходит к выводу о необходимости оправдания подсудимого Г. за его непричастностью к совершению 31 января 2014 года преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Фактические обстоятельства, установленные по делу, позволяют суду сделать вывод, что разбойные нападения 10 июня 2013 года, 18 июня 2013 года, 20 июля 2013 года, 10 сентября 2013 года, 30 октября 2013 года, 28 декабря 2013 года и 31 января 2014 года подсудимыми А., Г. и Г. в различных сочетаниях между собой и с неустановленными лицами совершены в составе организованной группы, о чем свидетельствуют устойчивость, сплоченность и со организованность подсудимых, заранее объединившихся для совершения разбоев, совместность и согласованность их действий, направленных на достижение общего преступного результата, также распределение между ними ролей и постоянный способ совершения преступлений.

Под бандой по смыслу закона понимается организованная устойчивая вооруженная группа, созданная для совершения нападений на граждан или организации.

Банда может быть создана для совершения как одного, так и нескольких преступлений. При этом под нападением понимаются действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо созданием реальной угрозы его применения. Участие в банде представляет собой не только непосредственное участие в совершаемых ею нападениях, но и выполнении членами активных действий, направленных на ее финансирование, обеспечение оружием, транспортом, подысканием объектов для нападения и т.п.

Все преступления, совершенные организованной группой, в состав которой входили А., Г. и Г., являются однотипными, тщательно спланированными и хорошо организованными, с использованием транспортных средств для мобильности передвижения, мобильных телефонов, зарегистрированных для конспирации на посторонних лиц, масок и предметов одежды, скрывающих лица, в целях затруднить либо исключить возможность последующего опознания, а также не только с применением предметов, похожих на пистолеты, но и огнестрельного и газового оружия, о наличии которого, как следует из фактических обстоятельств нападений и телефонных переговоров, которые вели между собой подсудимые, осведомлены были все участники группы.

Смотрите так же:  Какой налог страховой пенсии

В судебном заседании подсудимые А., Г. и Г., не признавшие себя виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 209 УК РФ, не отрицают, что практически ежедневно вели переговоры, в том числе и в дни нападений, но преимущественно на бытовые темы, так как все были знакомы между собой и находились в дружеских отношениях, а Г., кроме того, является двоюродным братом Г.

Фактическое общение подсудимых подтверждается результатами оперативно-розыскной деятельности – телефонными переговорами, которые вели между собой А., Г., Г., также неустановленные лица за период с 28 декабря 2013 года по 04 февраля 2014 года, анализ содержания которых свидетельствует о том, что все они, главным образом А. и Г., активно обсуждают обстоятельства как совершенных, так и планируемых нападений, решают проблемы, возникающие при реализации похищенных ювелирных изделий, вопросы обеспечения незамедлительной юридической помощью в случае возможного задержания, а также приходят к выводу о необходимости перепрятать оружие, задействованное ими при нападениях и хранящееся дома у А.

Так, в период с 30 декабря 2013 года по 02 января 2014 года А., ведя переговоры по мобильному телефону 8 ***, фактическое использование которым не оспаривается подсудимым в судебном заседании, ведя переговоры с неустановленным лицом, неоднократно выражает свое беспокойство по поводу хранения у него дома «железа», про которое знает «**», также, как и о том, что «оружие надо выбросить» (т. 19 л. д. 107-152).

В судебном заседании подсудимый А. пояснил, что упоминаемая в разговорах «**» — его супруга М-ва Ю А, при этом под «железом» он имеет ввиду золото, а оружием называет два кинжала из числа ювелирных изделий, похищенных при совершенных нападениях.

Далее, в переговорах, которые ведут между собой в период с 23 по 25 января 2014 года подсудимые, в частности, А., использующий абонентский номер 8 ***, и Г., использующий абонентский номер 8 **, они продолжают обсуждать вопросы хранения на мойке «железа, которое ставит людей», при этом Г. предлагает «положить «игрушки» там, где аккумулятор» (т. 19 л. д. 153-166, 167-168).

В судебном заседании подсудимые А. и Г. поясняют, что железом они называли все те же похищенные золотые украшения либо запчасти для автомобилей, а упоминаемые в разговорах «игрушки» — это макеты пистолетов, один из которых Г. подарил в Грузии племяннику незадолго до своего задержания, а другой макет хранился у А. в его автомашине «Хенде Солярис».

Между тем, пояснения подсудимых в судебном заседании относительно действительного значения употребляемых ими слов суд признает неубедительными, принимая во внимание, что в ходе личного досмотра подсудимого А., обыска по месту его фактического проживания и осмотра используемой А. автомашины, макет пистолета обнаружен не был, а о местонахождении своего макета подсудимый Г. сообщает такие сведения, проверить достоверность которых не представляется возможным.

Учитывая изложенное, к показаниям подсудимых об использовании ими при нападениях предметов, имитирующих оружие, равно как и к доводам защиты о невиновности подсудимых в бандитизме, суд относится критически, расценивая их как способ защиты, направленный на уменьшение объема ответственности за содеянное.

Так, в обоснование своих доводов о том, что подсудимые не имеют никакого отношения к оружию, изъятому в ходе обыска на автомобильной мойке, сторона защиты ссылается на факт производства обыска спустя значительное время после задержания подсудимых, за период которого мойка находилась в фактическом владении иных лиц, и приводит показания на предварительном следствии свидетеля О-а А.А. ( т. 15 л. д. 132-135, 146-149), который арендовал помещение мойки в 20-х числах февраля 2014 года и произвел там ремонт, что, по мнению защиты, должно было бы повлечь непременное обнаружение спрятанных пистолетов.

Кроме того, стороной защиты представлены также показания в суде свидетеля Г*й Г.Ф. — супруги подсудимого Г., которая показала, что видела у мужа игрушечный пистолет, также пояснила, что о местонахождении автомойки сотрудникам полиции было известно еще в феврале 2014 года.

Оценив представленные защитой доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно показаниям в суде свидетеля Т-а, на момент задержания подсудимых, которые последовательно отрицали свою причастность к совершению разбоев с применением оружия и пояснения по этому поводу давать отказывались, правоохранительные органы действительно располагали сведениями о существовании некоего места, в которое участники банды перепрятали оружие, но получены эти сведения были лишь по результатам прослушивания телефонных переговоров, в связи с чем установить местонахождение автомойки удалось только в июле 2014 года.

Из показаний на следствии свидетеля О-а и свидетеля Д-а в судебном заседании следует, что пистолеты были обнаружены в нижней части наружного вентиляционного канала за съемной решеткой воздухозаборника, прикрепленной двумя шурупами, при этом были тщательно упакованы в полиэтиленовые пакеты и имели следы ржавчины.

При таких обстоятельствах, доводы защиты о том, что пистолеты находились в общедоступном месте, не обеспечивающем их сохранность, являются несостоятельными, а заявление защиты о том, что при бетонировании пола помещения автомойки пистолеты непременно должны были бы быть обнаружены в ходе производства ремонтных работ, само по себе носит характер предположения.

Что касается показаний свидетеля Г-й, то они не являются достоверным доказательством по делу, поскольку, будучи супругой подсудимого, она, бесспорно, заинтересована в исходе дела, благоприятном для Г.

К выводу о том, что организованная группа, в состав которой входили А., Г. и Г., являлась бандой, суд пришел на основании установленных судом фактов применения при совершении нападений соответственно 10 июня 2013 года, 10 сентября 2013 года и 28 декабря 2013 года огнестрельного и газового оружия, которое было опознано потерпевшими П-ем, М-вым, Ч-ой и Р-ой.

Вопреки доводам адвокатов по уголовным делам в Москве о нарушении требований ч. 2 ст. 193 УПК РФ, вышеуказанные потерпевшие были допрошены задолго не только до производства с их участием процедуры опознания пистолетов, но и самого факта их обнаружения по результатам обыска автомобильной мойки, при этом, как следует из показаний потерпевших М-ва, Р-ой, Ч-ой и свидетеля С-а в судебном заседании, указали на такие приметы и особенности пистолетов, которые явились достаточными для уверенного опознания ими пистолетов МР-79-9ТМ и «Walther SUPER PP».

Таким образом, анализ вышеприведенных по каждому из деяний доказательств в совокупности с содержанием телефонных переговоров, приводит суд к убеждению в том, что организованная группа, созданная не позднее 10 июня 2013 года в городе Москве, в состав которой вошли подсудимые А., Г., и не позднее 17 июня 2013 года – подсудимый Г., совершила эти преступления в составе банды, имевшей на вооружении огнестрельное оружие — пистолет МР-79-9ТМ и газовое оружия – пистолет «Walther SUPER PP», также имела в своем распоряжении два предмета, похожие на пистолеты, один из которых визуально схож с пистолетом револьверного типа, о наличии которых были осведомлены все ее участники.

Прослушанные телефонные переговоры с очевидностью свидетельствуют о том, что о существовании оружия было известно всем членам группы, учитывая, что А. и Г. в разговорах между собой, также с «Панчо» — подсудимым Г. и другими неустановленными лицами активно демонстрируют свою осведомленность о применении оружия и обстоятельствах его хранения.

Банда имела стабильный (постоянный) состав, была основана на этнических признаках и общности преступных интересов. В нее входили подсудимые А., Г. и Г. – все уроженцы Абхазии, знакомые между собой продолжительный период времени и состоящие в тесных дружеских отношениях, что не оспаривается ими в судебном заседании. Данные обстоятельства усиливали постоянство связей между членами устойчивой вооруженной группы и отличали их специфичностью методов деятельности при подготовке и во время совершения преступлений.

Преступления, совершенные участниками банды, характеризуются постоянством форм и методов, в частности, подысканием объектов нападения – организаций, осуществляющих торговлю ювелирными изделиями либо банковские операции, использованием одного и того же способа нападения.

Органами предварительного расследования А. обвиняется в создании устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападений на граждан и организации, и в осуществлении руководства такой группой (бандой), его действия квалифицированы по ч. 1 ст. 209 УК РФ.

Вместе с тем, анализируя представленные в ходе судебного следствия доказательства, суд приходит к выводу о том, что объективные и достаточные доказательства того, что устойчивую вооруженную группы (банду), в состав которой, помимо А., входили Г., Г. и неустановленные соучастники, создал и руководил подсудимый А., в частности того, что именно он предпринял и совершил действия, результатом которых стало создание устойчивой вооруженной группы, именно А. разрабатывал планы, снабжал членов группы необходимой информацией и распределял роли между соучастниками, планировал, материально обеспечивал и организовывал деятельность группы, отсутствуют и суду не приведены.

В то же время, как установлено в судебном заседании, подсудимый А. участвовал в банде и совершенных ею нападениях, в том числе с применением огнестрельного и газового оружия, которое до 30 декабря 2013 года хранилось по месту его фактического проживания, а после – в помещении автомобильной мойки до момента его обнаружения и изъятия сотрудниками полиции 13 июля 2014 года.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым квалифицировать действия подсудимого А., также, как и действия подсудимых Г. и Г., каждого, по ч. 2 ст. 209 УК РФ как участие в устойчивой вооруженной группе (банде) и совершаемых ею нападениях.

Рассматривая вопрос о допустимости и достоверности доказательств, суд приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам защиты, все доказательства, приведенные выше, получены в соответствии с требованиями закона.

Оценивая протоколы допросов А., Г. и Г. в ходе предварительного следствия, суд пришел к убеждению, что каждый из них имел возможность давать показания по своему усмотрению и каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об ограничении их прав, в том числе права на защиту, суд не усматривает.

Так, на стадии досудебного производства по делу подсудимые А. и Г. последовательно отрицали свою причастность к совершению преступлений, при этом пользовались правом, гарантированным ст. 51 Конституции РФ.

Показания подсудимого Г. при предъявлении ему обвинения 29 августа 2014 года (т. 18 л. д. 69-73), являются надлежащими доказательствами по делу, а доводы защиты о невозможности их использования по мотивам недопустимости, суд расценивает как несостоятельные и отвергает по следующим основаниям.

Оспариваемые адвокатами по уголовным делам показания Г. в качестве обвиняемого получены надлежащим процессуальным лицом – следователем ** СЧ ГСУ ГУ МВД России по городу Москве С-ым В.И., после разъяснения Г. соответствующих прав и в присутствии избранного им защитника – уголовного адвоката, также с предупреждением о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний. Протокол допроса Г. составлен с соблюдением требований ст. 174 УПК РФ, содержит подписи следователя и лиц, участвовавших в проведении данного следственного действия.

Что касается доводов подсудимого Г. о том, что он не знакомился с содержанием протокола, доверяя своему защитнику по уголовным делам, который в ходе допроса постоянно выходил из кабинета следователя, то они являются голословными и не могут быть приняты судом во внимание по следующим основаниям.

В судебном заседании свидетель С- В.И. показал, что защитник обвиняемого – адвокат по уголовным делам Х. присутствовал при допросе Г. от начала до конца данного следственного действия, после чего совместно со своим подзащитным путем прочтения ознакомился с содержанием составленного им, С-ым, протокола допроса, удостоверив данный факт своими подписями при отсутствии каких-либо замечаний и дополнений.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что до момента отказа Г. в судебном заседании 03 августа 2015 года от адвоката по уголовным делам Х., заявлений об оказании защитником неквалифицированной юридической помощи от Г. не поступало, оснований для исключения из разбирательства дела протокола допроса Г. в качестве обвиняемого у суда не имеется.

В материалах дела не содержится и суду не представлено каких-либо данных о том, что подсудимый Г. был вынужден давать показания против самого себя, оснований для самооговора у него не имелось. Поэтому, учитывая, что вышеприведенные показания Г. получены в соответствии с требованиями закона, с учетом заинтересованности подсудимого в исходе дела, правдивыми и достоверными признает его показания лишь в той части, в которой они не противоречат материалам дела и фактическим обстоятельствам, установленным судом.

Обыск автомобильной мойки, равно как и обыски в жилище А. и Г., проведены в соответствии со ст. 182 УПК РФ правомочными лицами по постановлениям надлежащих процессуальных лиц, в каждом случае с участием понятых, составленные по их результатам протоколы соответствуют требованиям ст. 166 УПК РФ, удостоверены подписями всех участвующих лиц.

Доводы защиты Г. о недопустимости протоколов предъявления для опознания предметов, как на то указывает уголовный адвокат Г., ссылаясь на несоответствие цифрового обозначения предъявленных для опознания пистолетов их номеру и наименованию в протоколе следственного действия, в связи с чем, по мнению адвоката по уголовным делам, потерпевшие указали на пистолеты, которые в действительности не предъявлялись им для опознания, то они также являются несостоятельными и отвергаются судом в связи с нижеследующим.

В судебном заседании свидетель С- дал показания об обстоятельствах проведения им оспариваемых защитой следственных действий, пояснив, что с учетом особенностей самого предмета, предъявляемого для опознания, во всех случаях потерпевшим предъявлялись пять пистолетов с соответствующей нумерацией на бирках. При этом четыре пистолета, которые предъявлялись наряду с пистолетами «МР-79-9ТМ» и «Walther SUPER PP», действительно указаны им, С-ым, во вводной части протоколов под цифрами 1, 2 ,3 и 4.

По результатам данных следственных действий М-в уверенно опознал пистолет марки «Супер ПП», предъявленный ему под биркой № 3, Ч-а — «МР-79-9ТМ» под биркой № 2, и Р-а — «Супер ПП» под биркой № 4, при этом на опознание им, С-ым, предъявлялся пистолет марки «Walther SUPER PP», указанный в протоколах как «Супер ПП».

Указанные обстоятельства потерпевшие М-в, Ч-а и Р-а полностью подтвердили в судебном заседании, при этом каждый из них дал пояснения, по каким именно признакам смог произвести уверенное опознание пистолета, который имел возможность хорошо рассмотреть и запомнить.

Тот факт, что в ходе предварительного следствия потерпевшие М-в (т.7 л. д. 7-9) и Ч-а (т. 19 л. д. 13-15) не смогли произвести опознание пистолетов «МР-79-9ТМ» и «Walther SUPER PP», свидетельствует об объективности и всесторонности проведенного расследования и опровергает доводы защиты о добросовестном заблуждении со стороны потерпевших.

При таких обстоятельствах, учитывая, что процедура опознания не только потерпевшими М-вым, Ч-ой и Р-ой, но также и потерпевшим П-ем, о чем в приговоре указано выше, проведена надлежащим процессуальным лицом, в присутствии двух понятых, о результатах опознания в соответствии со ст. 166 УПК РФ составлены соответствующие протоколы, подписанные всеми участниками следственного действия при отсутствии каких-либо заявлений и замечаний с их стороны, оснований для их исключения из разбирательства дела, как о том ставит вопрос сторона защиты, не имеется.

Оперативно-розыскные мероприятия проведены с соблюдением положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», в необходимых случаях – на основании судебных решений, с участим представителей общественности или понятых, их результаты представлены следователю в соответствии с «Инструкцией о предоставления результатов ОРД органу дознания, следователю, прокурору и в суд», и объективно фиксируют отраженные в них данные.

У суда не имеется оснований не доверять подробным и последовательным показаниям сотрудников ** ОРЧ –«ИР» УУР ГУ МВД России по городу Москве — свидетелей Т-а, К-ва, Ж-а и А-а об обстоятельствах проведения ими оперативно-розыскных мероприятий по выявлению и пресечению деятельности членов группы, в связи с имеющейся информацией о совершении ими разбойных нападений в городе Москве, равно как и нет оснований полагать, что о наличии у указанных сотрудников необходимости для искусственного создания доказательств обвинения либо их фальсификации, причин для оговора подсудимых А., Г. и Г. судом также не установлено.

Поэтому, учитывая, что показания вышеперечисленных свидетелей подтверждаются результатами оперативно-розыскной деятельности и объективно — экспертными заключениями, суд доверяет им, признает достоверными доказательствами по делу и приводит в обоснование вины подсудимых по каждому из деяний.

Как установлено судом, преступления подсудимыми А., Г. и Г. банды с неустановленными лицами совершались в период с 10 июня 2013 года по 31 января 2014 года в различных районах города Москвы, при этом уголовные дела в связи с обращениями потерпевших по фактам совершения разбоев возбуждались в разное время и различными структурными подразделениями правоохранительных органов, а потому ссылка защиты об искусственном созданий для предъявления обвинения по ст. 209 УК РФ в целях улучшения показателей по раскрываемости преступлений, связанных с бандитизмом, является явно надуманной.

Экспертизы проведены по постановлениям надлежащих процессуальных лиц, вынесенных с соблюдением требований ст. 195 УПК РФ, при этом каких-либо нарушений положений ст. 198 УПК РФ либо ст. 206 УПК РФ не допущено.

Проведенные по делу экспертные исследования полностью соответствуют требованиям Федерального Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выполнены специалистами, квалификация которых у суда сомнений не вызывает.

Отсутствие в перечне служебного и гражданского оружия и боеприпасов к нему, вносимых в государственный кадастр, указания на пистолет «Walther SUPER PP», как на то ссылается защита подсудимого Гетия, не ставит под сомнение компетентность эксперта-баллиста Ш-а, который, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, дал свое заключение о принадлежности пистолета «Walther SUPER PP» — к газовому, а пистолета МР-79-9ТМ к огнестрельному оружию ограниченного поражения.

Все заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, их выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд принял их как надлежащие доказательства.

У суда не имеется оснований не доверять подробным, взаимосогласующимся между собой и другими доказательствами по каждому из фактов совершенных преступных деяний, показаниям потерпевших А-ой, С-на, Ч-ой, М-ва, Р-ой, Б-а и С-ой, которые не только не знали ранее подсудимых, но и вне рассматриваемых событий, работая в разных организациях, между собою знакомы не были, между тем, дали изобличающие подсудимых показания, позволяющие суду в совокупности с исследованными видеозаписями установить обстоятельства совершенных нападений.

Потерпевшие, давая показания по делу, руководствовались личным восприятием увиденного с учетом той неожиданной, скоротечной и психотравмирующей ситуации, в которой они оказались, связанной с неожиданными нападениями с применением оружия и предметов, похожих на пистолеты, которые они воспринимали как настоящее огнестрельное оружие.

Отсутствие фактов применения физического насилия и причинения потерпевшим телесных повреждений, как на то указывает адвокат Костяев, не влияет на выводы суда о том, что в каждом конкретном случае нападавшие угрожали применением насилия, опасного для жизни и здоровья, равно как и на квалификацию действий подсудимых по ст. 162 УК РФ.

Оснований не доверять показаниям потерпевших Л-а, М-на, А-ой, М-ой, М-а и Г- в части перечня, наименования и стоимости похищенного имущества, у суда также не имеется.

В судебном заседании вышеуказанные потерпевшие полностью исключили возможность совершения хищения денег и ювелирных украшений не нападавшими, а иными лицами, поскольку на момент приезда каждого из них на место нападения последнее находилось под охраной либо сотрудников полиции, либо службы безопасности, при этом никто из сотрудников магазинов либо других лиц, что было установлено при просмотре видеозаписей, к разбитым витринам и рассыпанным на полу ювелирным изделиям, не подходил. Посторонних лиц в помещение магазина не пускали.

При таких обстоятельствах, когда размер причиненного организациям материального ущерба в каждом конкретном случае устанавливался на момент совершения хищения путем проведения инвентаризации имеющихся в наличии ювелирных изделий и денежных средств, доводы стороны защиты о его неправильном определении со ссылкой на Федеральный Закон «О бухгалтерском учете» суд расценивает как несостоятельные.

Судом изучено психическое состояние подсудимых.

По заключению амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз, в период совершения инкриминируемых и в настоящее время А. (т. 17 л. д.133-135), Г. (т. 17 л. д. 148-149) и Г. (т. 17 л. д. 162-163) временного психического расстройства либо иного болезненного состояния психики не обнаруживали, могли в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера они не нуждаются.

У суда нет оснований сомневаться в компетентности членов экспертных комиссий и данных ими заключениях, которые научно обоснованы и убедительно аргументированы, в связи с чем суд им доверяет и признает правильными выводы амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз, поскольку они проведены при непосредственном исследовании личности подсудимых и матери- уголовного дела.

Учитывая изложенное, отсутствие фактов постановки А. ( т. 25 л. д. 8, 25), Г. ( т. 25 л. д. 45) и Г. ( т. 25 л. д. 67, 69 ) на учет к психиатру либо наркологу, а также то, что в судебном заседании подсудимые ведут себя адекватно, активно защищаются и сомнений в их психическом состоянии у суда не возникает, суд приходит к выводу о том, что А., Г. и Г. могут и должны нести ответственность за совершенные преступления, поскольку совершили их в состоянии вменяемости и, в соответствии со ст. 19 УК РФ, подлежат уголовной ответственности.

При назначении наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 7, ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности подсудимых, влияние назначенного наказания на исправление каждого из них и на условия жизни их семей, и все обстоятельства дела.

Подсудимый А. ранее не судим (т. 25 л. д. 3-5), по месту жительства (т. 25 л. д. 10) и последнему месту работы характеризуется положительно, имеет мать, страдающую заболеваниями.

Обстоятельством, смягчающим наказание А., суд признает наличие у него малолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающим наказание А., судом не установлено.

Подсудимый Г. ранее не судим (т. 25 л. д. 28-30), по месту жительства характеризуется положительно (т. 25 л. д. 42-43), имеет заболевание.

Принимая во внимание, что Г. не указан как родитель в свидетельстве о рождении Г-й А Ры, 25 ноября 2007 года рождения, одних лишь показаний супруги подсудимого — свидетеля Г-й о том, что в действительности отцом ее дочери является подсудимый Г., недостаточно для признания в качестве смягчающего обстоятельства наличие у Г. малолетнего ребенка, как о том ставит вопрос сторона защиты.

Обстоятельств, отягчающих наказание Г., судом не установлено.

Подсудимый Г. ранее не судим (т. 25 л. д. 56-58), по месту жительства (т. 25 л. д. 71) характеризуется положительно, имеет больную мать.

Обстоятельств, смягчающих либо отягчающих наказание Г., судом не установлено.

С учетом тяжести содеянного, исходя из целей назначения наказания, связанных с перевоспитанием осужденных и предупреждением совершения ими новых преступлений, учитывая влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей, суд назначает А., Г. и Г. наказание в виде лишения свободы, при этом оснований для применения ст. 64 УК РФ, как о том ставит вопрос адвокат Макаров, либо ст. 73 УК РФ, равно как и оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не усматривает.

Поскольку суд пришел к выводу о том, что цели наказания подсудимых А., Г. и Г. могут быть достигнуты только в условиях их изоляции от общества с последующим надзором за их поведением, суд считает необходимым при назначении А. и Г. наказания по ст. 162 УК РФ применить дополнительное наказание в виде ограничения свободы, и которое не назначает подсудимому Г., исходя из положений ч. 6 ст. 53 УК РФ.

При назначении наказания суд также учитывает роль и степень фактического участия каждого из подсудимых при совершении групповых преступлений в составе банды.

В связи с тем, что А., Г. и Г. осуждаются к реальному лишению свободы, суд приходит к выводу о необходимости оставления без изменения ранее избранной в отношении каждого меры пресечения в виде заключения под стражу до вступления в законную силу приговора в целях обеспечения исполнения последнего.

Местом отбывания осужденными А., Г. и Г. наказания в виде лишения свободы в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд назначает исправительную колонию строгого режима, срок наказания исчисляет с момента их фактического задержания.

По делу генеральным директором ООО «***» — М-ным В.П. заявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба в сумме 9 878 271 рубль 24 копейки, поддержанный в судебных прениях государственным обвинителем.

Подсудимые А. и Г. предъявленные к ним исковые требования признали, подсудимый Г. гражданский иск признал частично.

Обсудив исковые требования, заявленные потерпевшим М-ным В.П. в размере стоимости имущества, похищенного в результате разбойного нападения 10 сентября 2013 года, суд полагает, что гражданский иск заявлен обоснованно и подлежит удовлетворению в полном объеме, исходя из доказанных в судебном заседании обстоятельств и факта причинения ООО «***» материального ущерба, который подлежит взысканию с виновных лиц в солидарном порядке.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ суд разрешает вопрос о вещественных доказательствах.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.297-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд

А.Н.З. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209 УК РФ; п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ; шести преступлений, предусмотренных п. п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и назначить наказание:

— по ч. 2 ст. 209 УК РФ в виде 11 (одиннадцати) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 (один) год, установив в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ следующие ограничения: не изменять места постоянного проживания или пребывания и не выезжать за пределы города *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив на осужденного обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации;

— по п. п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ ( за каждое из шести преступлений) в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, установив в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ следующие ограничения: не изменять места постоянного проживания или пребывания и не выезжать за пределы города *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив на осужденного обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации;

— по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 (один) год, установив в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ следующие ограничения: не изменять места постоянного проживания или пребывания и не выезжать за пределы города *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив на осужденного обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации.

На основании ч. ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно А. назначить наказание в виде 14 (четырнадцати) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 2 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить А.Н.З. следующие ограничения: не изменять места постоянного проживания или пребывания и не выезжать за пределы *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием, осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив на осужденного обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации.

Г.Л. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209 УК РФ; п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ; шести преступлений, предусмотренных п. п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и назначить наказание:

— по ч. 2 ст. 209 УК РФ в виде 10 (десяти) лет лишения свободы;

— по п. п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ (за каждое из шести преступлений) в виде 9 (девяти) лет лишения свободы;

— по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ в виде 8 (восьми) лет лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно Г. назначить наказание в виде 13 (тринадцати) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Г.Н.З. оправдать по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по факту нападения 31 января 2014 года) на основании п. 2 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с его непричастностью к совершению преступления, в связи с чем на основании ч.1 ст. 134 УПК РФ признать за ним право на реабилитацию.

Г.Н.З признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ, и пяти преступлений, предусмотренных п. п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и назначить наказание:

— по ч. 2 ст. 209 УК РФ в виде 10 (десяти ) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 (один) год, установив в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ следующие ограничения: не изменять места постоянного проживания или пребывания и не выезжать за пределы деревни *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив на осужденного обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации;

— по п. п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ ( за каждое из пяти преступлений) в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, установив в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ следующие ограничения: не изменять места постоянного проживания или пребывания и не выезжать за пределы деревни *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив на осужденного обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации.

На основании ч. ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно Г. назначить наказание в виде 11 (одиннадцати) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 2 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить Г.Н.З. следующие ограничения: не изменять места постоянного проживания или пребывания и не выезжать за пределы деревни *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием, осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив на осужденного обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации.

Удовлетворить гражданский иск, заявленный генеральным директором ООО «***».

Взыскать с А.Н.З., Г.Л. и Г.Н.З. в солидарном порядке в пользу ООО «***» 9 878 271 (девять миллионов восемьсот семьдесят восемь тысяч двести семьдесят один) рубль 21 копейки.

Вещественные доказательства хранить при деле и в установленных местах хранения до принятия решения по выделенном уголовному делу.

Приговор по статье 209 УК РФ (Бандитизм) может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течении десяти суток со дня его провозглашения, а осужденными — в тот же срок со дня вручения им копии приговора.