Меню Закрыть

Федеральный закон о коммерческой тайне был принят в году

«ПРАВО ЗНАТЬ: история, теория, практика»
N 9–12 (93–96) сентябрь–декабрь 2004 г.

29 июля 2004 года Президент Российской Федерации подписал Федеральный закон «О коммерческой тайне» 1. Так завершилась длящаяся, по крайней мере, семь лет эпопея с решением на законодательном уровне проблемы регулирования коммерческой тайны. Вопрос об эффективности, своевременности и качественном уровне данного Закона сегодня необходимо рассматривать, учитывая и опыт применения института коммерческой тайны в России, и существующую в рамках научного сообщества дискуссию о том, нужен ли подобный закон и каким он должен быть.

Дискуссия о необходимости принятия Закона о коммерческой тайне: pro et contra . Требования к закону, предъявляемые исследователями и разработчиками

Вопрос о необходимости принятия закона, регулирующего правоотношения по поводу коммерческой тайны, активно обсуждался на протяжении всего (относительно недолгого) времени существования этого правового института в российском праве. Так, профессор А.П. Сергеев считал, что в появлении такого закона нет необходимости. Данная позиция мотивировалась тем, что российское законодательство уже содержит четкое понятие коммерческой тайны, определяет содержание прав ее обладателя и обеспечивает меры по их защите. Кроме того, немаловажным был и аргумент о том, что в большинстве развитых стран мира не существует специального закона о коммерческой тайне, что не лишает ее эффективной правовой защиты 2. Схожей точки зрения придерживался и первый Президент России, отклонивший проект Закона «О коммерческой тайне» в 1999 году, мотивировав свое решение в том числе и тем, что вопросы коммерческой тайны в достаточной мере урегулированы действующим гражданским законодательством 3.

Прямо противоположной точки зрения придерживалось подавляющее большинство российских исследователей. Например, данную позицию выразил в статье «Проблемы законодательной защиты коммерческой тайны в России» Виктор Кравченко 4. По его мнению, институт коммерческой тайны был недостаточно разработан в гражданском законодательстве по следующим причинам: законы не раскрывали понятие коммерческой тайны и в них содержались такие противоречия, в которых подчас было невозможно разобраться даже опытным юристам. В отдельную проблему им было выделено ненадлежащее правовое регулирование секретов производства или ноу-хау. Принятие Закона «О коммерческой тайне» должно было решить все указанные проблемы. Е.В. Ильиных также высказывалась в пользу принятия такого закона, выделяя следующие задачи будущего акта: вывести на законодательный уровень определение перечня сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну, распространить на нее действие института интеллектуальной собственности, разработать четкий механизм охраны 5.

Еще одно предложение исследователей заключалось в создании особого режима правового регулирования информационных сообщений в сети Интернет и признании на уровне закона, что электронные сообщения могут содержать коммерческую тайну 6.

Разработчики законопроекта в качестве цели его принятия называли консолидацию законодательства Российской Федерации о коммерческой тайне, его развитие и дополнение (в том числе, с учетом требований Всемирной торговой организации), и выделяли следующие его концептуальные положения:

1) соответствие норм проекта закона современным нормам действующего законодательства Российской Федерации и международной практике;

2) внесение минимально необходимых изменений в нормы действующего законодательства, сохранившиеся из иной экономико-правовой среды;

3) обеспечение баланса интересов общества, физических и юридических лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью, а также государства в области охраны, использования и защиты информации, составляющей коммерческую тайну;

4) возмещение убытков, понесенных обладателем коммерческой тайны вследствие нарушения его прав 7.

Представляется интересным сравнить те цели и задачи, которые ставили перед собой разработчики Закона, и тот результат, который был получен в итоге, а также оценить соответствие способов и объема предложенного регулирования запросам исследователей и практикующих юристов. Кроме того, в Законе содержится ряд проблемных моментов, требующих отдельного обсуждения.

Сопоставление целей, поставленных законодателем, и полученного результата

1. Разумеется, одна из основных целей принятия Закона «О коммерческой тайне» — консолидация законодательства — была частично достигнута в силу самого факта принятия Закона. Появление акта, обладающего высшей юридической силой и имеющего специальный предмет регулирования, неизбежно приводит к упорядочению правоотношений в определенной сфере. Все законы и подзаконные акты, регулирующие отношения по поводу коммерческой тайны, должны быть приведены в соответствие с новым Федеральным законом.

Однако принятие нового закона не означает автоматического преодоления коллизий законодательства. В качестве примера можно обратиться к сопоставлению положений части 1 статьи 139 Гражданского кодекса Российской Федерации 8 и пункта 11 абзаца 1 статьи 5 Закона. В соответствии с положениями ГК РФ, сведения, которые не могут составлять коммерческую тайну, определяются законом и иными нормативно-правовыми актами. Закон «О коммерческой тайне» предусматривает, что режим коммерческой тайны не может устанавливаться в отношении сведений, обязательность раскрытия которых или недопустимость ограничения доступа к которым установлена федеральными законами. Таким образом, налицо противоречие: в соответствии с Законом сведения, которые не могут составлять коммерческую тайну, определяются в федеральных законах, в соответствии с ГК РФ — как в законах, так и в подзаконных нормативно-правовых актах. Вопрос заключается лишь в том, какой акт противоречит какому? С точки зрения коллизионного права Закон о коммерческой тайне — как принятый позже и имеющий специальный предмет регулирования — должен иметь приоритет. Однако, в соответствии с частью 2 статьи 3 ГК РФ, законы, принимаемые в сфере гражданского законодательства, не могут противоречить данному Кодексу. Таким образом, в Гражданском Кодексе установлена приоритетность этого Федерального закона перед всеми остальными, регулирующими тот же предмет. Вопрос о допустимости признания более высокой юридической силы кодексов по сравнению с другими федеральными законами существует в юридической литературе уже долгое время. В правоприменительной практике он получил, по-видимому, окончательное разрешение в недавнем постановлении Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года по делу о проверке некоторых положений Уголовно-процессуального кодекса РФ 9. Суд признал части первую и вторую статьи 7 УПК РФ 10, устанавливающие приоритет Кодекса перед иными федеральными законами, не противоречащими Конституции Российской Федерации. Фактически это означает, что Конституционный Суд России подтвердил допустимость установления превалирования кодексов перед другими законами.

Приведенные выше аргументы свидетельствуют в пользу точки зрения, что именно Закон «О коммерческой тайне» противоречит ГК РФ. С юридической точки зрения это означает, что в отношении сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну, продолжают действовать подзаконные нормативно-правовые акты. Между тем, как уже говорилось, исследователи выделяли в качестве одной из приоритетных задач Закона «О коммерческой тайне» закрепление на уровне закона перечня таких сведений.

Пример противоречия с Гражданским кодексом не единственный, но один из самых значимых в рассматриваемом Законе. Следовательно, приходится констатировать, что добиться решения первой поставленной задачи разработчикам Закона в полной мере не удалось.

2. Второе концептуальное положение — минимизация изменений существующего правопорядка — было, по-видимому, поставлено во главу угла при создании Закона. Так, например, определение информации, составляющей коммерческую тайну, практически не претерпело изменений по сравнению с определением коммерческой тайны, содержащимся в ГК РФ. Закон включил понятие ноу-хау в определение коммерческой тайны, но никак не конкретизировал правовой статус данного института.

Другая тенденция в рамках указанного принципа заключается в юридическом закреплении сложившихся в деловом обороте способов установления режима коммерческой тайны. Так, перечисленные в части 1 статьи 10 Закона меры по охране конфиденциальности информации были доступны и в соответствии с действующим ранее законодательством. Отличие заключается в том, что если раньше обладатель коммерческой тайны мог по своему усмотрению принять решение об использовании таких средств защиты, как проставление специальных грифов на документах, содержащих конфиденциальную информацию, заключение договоров и (или) соглашений о конфиденциальности и т.д. 11, то теперь, в соответствии с частью 1 статьи 10, он обязан проводить целый ряд мероприятий: определить перечень информации, составляющей коммерческую тайну, ограничить доступ к такой информации, вести учет лиц, получивших к ней доступ, регулировать отношения по использованию информации на основе трудовых и гражданско-правовых договоров, наносить на материальные носители (документы) гриф «Коммерческая тайна» с указанием обладателя такой информации. В противном случае, режим коммерческой тайны не будет считаться установленным (часть 2 статьи 10 Закона), а следовательно, информация не будет считаться составляющей коммерческую тайну (пункт 2 абзаца 1 статьи 3 Закона) и не будет защищена Законом «О коммерческой тайне». У обладателя информации, составляющей коммерческую тайну, в таком случае не возникнет необходимых для ее охраны прав (часть 1 статьи 7 Закона). Подобный подход законодателя может существенно осложнить деятельность обладателей коммерческой тайны. Например, в случае, если организация имеет значительный документооборот, связанный с коммерческой тайной, то работодателю вполне достаточно просто установить специальный режим работы с определенной категорией документов, предусмотрев ряд условий в локальных актах и договорах с работниками. Таким образом, в рамках одного отдельно взятого учреждения устанавливаются общие и понятные всем «правила игры», в рамках которых контроль за конфиденциальностью информации является достаточно эффективным, и в то же время нет необходимости выстраивать бюрократические, неповоротливые и ненужные механизмы охраны информации. В соответствии же с Законом «О коммерческой тайне», работодатель, помимо вышеназванных мер, должен будет поставить на каждом документе гриф «Коммерческая тайна», что может привести к полному параличу работы организации. В противном случае коммерческая тайна не будет защищена Законом.

Стоит упомянуть и о том, что в деловом обороте сложилась практика дифференциации уровней закрытости информации, содержащей коммерческую тайну. Выбор уровня может зависеть от величины ущерба, который возможен в случае раскрытия информации. На практике это выражается в установлении разных режимов доступа к информации, в том числе путем введения двух степеней конфиденциальности: «конфиденциально» и «строго конфиденциально» 12. Закон не предусматривает возможности установления различных уровней доступа к коммерческой тайне и предусматривает единственный вариант обозначения конфиденциальности. В то же время Закон не содержит ограничений на введение дополнительных мер по охране конфиденциальности информации, разрешая использовать все средства, не запрещенные законом.

Смотрите так же:  Какой вид расходов госпошлина

Таким образом, можно утверждать, что второе концептуальное положение реализовано. Вопрос заключается лишь в том, насколько оно будет воспринято правоприменительной практикой.

3. Что касается третьей задачи разработчиков Закона, заключающейся в обеспечении баланса интересов субъектов правоотношений в сфере коммерческой тайны, то в этом аспекте можно сформулировать несколько вопросов к разработчикам.

Не вполне ясно, чем руководствовались разработчики Закона, устанавливая фиксированный трехлетний срок неразглашения коммерческой тайны после прекращения действия трудового договора, в случае если иной срок не установлен соглашением между работником и работодателем (пункт 3 части 3 статьи 11 Закона). Данный срок является чрезмерно длинным. Очевидно, что если работодатель заинтересован в нераспространении коммерческой тайны, он заключит соглашение о неразглашении. При этом трехлетний срок будет расцениваться лишь как минимум, «точка отсчета». Так как Закон не предусматривает каких-либо ограничений срока действия коммерческой тайны, работодатель может теоретически обязать работника пожизненно хранить тайну.

Между тем, необходимо учитывать, что установление обязанности работника не разглашать определенную информацию является ограничением его конституционного права на свободу выражения мнения, а также права на свободу распространения информации. Более логичным с точки зрения поддержания баланса интересов работодателя и работника было бы предусмотреть в Законе две обязанности работодателя: установить разумный срок неразглашения коммерческой тайны и определить в соглашении с работником размер компенсации, которую тот получит за каждый год неразглашения коммерческой тайны после увольнения. Такой подход позволил бы создать обусловленный экономически, а не произвольно, механизм установления сроков охраны коммерческой тайны в трудовых отношениях.

С точки зрения обеспечения баланса между работодателем и работником кажется не вполне обоснованным отказ от включения в Закон нормы, содержавшейся в пункте 3 Постановления Правительства «О перечне сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну» 13, устанавливавшей право трудового коллектива предприятия на получение сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну. Очевидно, что работники могут быть заинтересованы в получении общей, т.е. не затрагивающей права конкретного работника, но существенной для всего коллектива информации, касающейся функционирования предприятия, где они работают.

Трудовой кодекс Российской Федерации 14 предоставляет представителям работников право на получение сведений, пусть и весьма ограниченного объема. В соответствии со статьей 53 ТК РФ, они имеют право получать от работодателя информацию по вопросам реорганизации или ликвидации организации, введения технологических изменений, влекущих за собой изменение условий труда работников, профессиональной подготовки, переподготовки и повышения квалификации работников, а также по другим вопросам, предусмотренным Кодексом, иными федеральными законами, учредительными документами организации, коллективным договором. К сожалению, Закон «О коммерческой тайне» не расширил этот перечень.

4. Не вполне понятно, что подразумевали разработчики Закона, говоря о возмещении ущерба обладателю коммерческой тайны как концептуальном положении Закона. Все его нормы, посвященные ответственности различных субъектов права за нарушение режима коммерческой тайны, являются бланкетными и не формируют специальных механизмов защиты прав обладателей информации, составляющей коммерческую тайну.

Впрочем, одно наличие нормы (часть 3 статьи 14), хотя и носящей отсылочный характер к гражданскому законодательству, об ответственности государственных органов за разглашение или незаконное использование должностными лицами государственных органов информации, составляющей коммерческую тайну, можно считать существенным шагом вперед. Ранее представители государственной власти отвечали за ущерб в целом, без указания в законодательстве конкретных наказуемых деяний 15.

Другим положительным моментом Закона представляется описание ряда случаев, в которых лицо, получившее информацию, составляющую коммерческую тайну, помимо согласия обладателя такой информации, не несет ответственности за незаконные действия. Часть 4 статьи 14 предусматривает освобождение от ответственности за нарушение Закона лица, не имевшего достаточных оснований считать использование информации незаконным, в том числе получившего к ней доступ в результате случайности и ошибки. В соответствии с частью 2 статьи 4 Закона, информация, полученная лицом самостоятельно при осуществлении исследований, систематических наблюдений или иной деятельности, считается полученной законным способом. Учитывая то обстоятельство, что перечень ситуаций, в которых лицо получает информацию, составляющую коммерческую тайну, не нарушая при этом Закон, является открытым, можно говорить о том, что информация считается полученной незаконно только в строго определенных случаях, а именно при наличии прямого или косвенного умысла на ее получение, сопровождаемого преодолением принятых обладателем мер по охране конфиденциальности информации.

По-видимому, при разработке положений Закона тщательно не изучалось действующее законодательство, устанавливающее ответственность за незаконные действия с коммерческой тайной. Так, частью 2 статьи 183 Уголовного кодекса РФ 16 устанавливается ответственность за «незаконные разглашение или использование» сведений, составляющих коммерческую тайну, без согласия владельца, лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе. Закон «О коммерческой тайне» в пункте 9 статьи 3 определяет разглашение как «действие или бездействие, в результате которых информация, составляющая коммерческую тайну, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становится известной третьим лицам без согласия обладателя такой информации либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору», а в статье 14 устанавливает гражданско-правовую ответственность за «разглашение или незаконное использование» информации, составляющей коммерческую тайну. Таким образом, в Законе разглашение, в отличие, например, от использования, признается a priori незаконным действием. Возникает путаница в употреблении термина: по смыслу норм Уголовного кодекса разглашение может быть законным и незаконным, и лишь последнее наказуемо; положения же Закона формально признают данное деяние незаконным всегда. Это может вести к появлению вполне предсказуемых сложностей — нередко несогласованность употребления тех или иных терминов в законодательстве приводит к проблемам в правоприменительной практике.

Недостатки Закона «О коммерческой тайне», возможные проблемы его реализации. Реализация в положениях Закона предложений исследователей

Самым существенным недостатком Закона следует признать неразрешенность вопроса о том, является ли коммерческая тайна объектом интеллектуальной собственности, а если не является, то к какому именно объекту гражданских прав ее можно отнести. В научном сообществе происходит постоянный поиск аргументов, подтверждающих или опровергающих точку зрения о том, что коммерческая тайна является объектом интеллектуальной собственности. Так, И.Л. Бачило считает, что ноу-хау 17, безусловно, имеет такой же правовой статус, как и промышленные образцы, изобретения и другие защищаемые патентным законодательством «результаты творческой деятельности в сфере производства» 18. Такой подход характеризуется некоторой однобокостью — в качестве ноу-хау воспринимаются только производственные, а не коммерческие секреты производства. Кроме того, и это более существенно, из положений патентного законодательства не следует, что оно распространяется на коммерческую тайну или ноу-хау.

Некоторое сомнение в том, можно ли относить коммерческую тайну к объектам интеллектуальной собственности, высказывает А.П. Сергеев. Исследователь формулирует три признака объекта интеллектуальной собственности. Он, во-первых, должен быть нематериальным благом, во-вторых, должен являться результатом интеллектуальной деятельности, и в-третьих, правообладатель должен иметь исключительные права на него. Самым проблематичным А.П. Сергеев называет третий признак, считая, тем не менее, что этот признак у коммерческой тайны есть: «Если закон признает право лица, владеющего информацией, на сохранение ее в тайне, и одновременно требует от третьих лиц воздерживаться от несанкционированного завладения этой информацией, налицо исключительное субъективное право на эту информацию» 19. Безусловно, позиция А.П. Сергеева выглядит в высшей мере обоснованной.

Существует и другой взгляд на коммерческую тайну, который отстаивает профессор И.А. Зенин. По его мнению, на коммерческую тайну не существует исключительного права, а есть лишь фактическая монополия. Разработчик коммерческой тайны имеет только право на ее неразглашение незаконными средствами, т.е. помимо его воли. Таким образом, концепция правового режима коммерческой тайны заключается не в ее охране, а в правовом обеспечении средствами различных отраслей права имущественных интересов обладателя 20.

В существующем массиве нормативно-правовых актов нет ответа на вопрос, является ли коммерческая тайна объектом интеллектуальной собственности. Ранее законодательство более четко определяло правовую природу коммерческой тайны. Ноу-хау и торговые секреты были названы среди других объектов интеллектуальной собственности в статье 2 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР» 21, утратившего силу в связи со вступлением в действие Гражданского кодекса РФ. До относительно недавнего времени признание ноу-хау объектом интеллектуальной собственности содержалось в статье 7 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» 22. Однако в 2002 году в Закон был внесен целый ряд изменений, в том числе была изложена в новой редакции указанная статья. Упоминание о ноу-хау как об объекте интеллектуальной собственности было устранено 23.

Действующий Гражданский кодекс РФ относит к объектам гражданских прав среди прочего информацию, результаты интеллектуальной деятельности и — как особый объект — исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности (статья 128 ГК РФ). Статья 138 Кодекса предусматривает признание исключительного права (интеллектуальной собственности) в порядке и случаях, предусмотренных Кодексом и другими законами. Сам Гражданский кодекс не называет коммерческую тайну в качестве одного из объектов интеллектуальной собственности. Закон «О коммерческой тайне» также не содержит подобных положений.

Так как остается неясным, является ли коммерческая тайна объектом исключительных прав, возникает целый ряд проблем.

Так, в соответствии со статьей 71 Конституции России, правовое регулирование интеллектуальной собственности относится к исключительному ведению Российской Федерации. Если признать данное положение Конституции действующим в отношении Закона «О коммерческой тайне», то, например, можно утверждать, что положение части 1 статьи 14 Закона, устанавливающее административную ответственность за его нарушение, является фактически недействующим, так как в действующем Кодексе об административных правонарушениях РФ 24 нет норм, устанавливающих ответственность за незаконные действия с информацией, составляющей коммерческую тайну, а в региональных законах такие нормы могут появиться.

Смотрите так же:  Трудовой кодекс рф 2012 увольнение

Нельзя с полной уверенностью говорить и о том, что в отношении информации, составляющей коммерческую тайну, действует принцип, предусмотренный абзацем 2 статьи 138 ГК РФ об использовании объектов интеллектуальной собственности третьими лицами только с согласия правообладателя.

Не до конца решенным остается и вопрос о том, как осуществляется передача информации, составляющей коммерческую тайну: какова природа гражданско-правового договора о такой передаче, можно ли вести речь о передаче исключительных или неисключительных прав на коммерческую тайну. Очевидно, что форма такого договора может меняться, в зависимости от его условий и целей, однако некий базовый вариант необходимо бы определить. Большинство исследователей считает, что информация, составляющая коммерческую тайну, должна передаваться по договору коммерческой концессии (статья 1027 ГК РФ). По данному договору правообладатель обязуется предоставить пользователю за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности комплекс исключительных прав, принадлежащих правообладателю, в том числе право на охраняемую коммерческую информацию, а также на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав. Рассматриваемый институт логичнее всего отнести к категории «охраняемая коммерческая информация».

Сложность заключается в вопросе, является ли информация, составляющая коммерческую тайну, охраняемой. Профессор Е.А. Суханов считает, что коммерческая тайна является охраноспособной, хотя ее правовая охрана не может осуществляться с помощью тех же способов, что и охрана вещей 25. По мнению профессора И.А. Зенина, коммерческая тайна не является юридически охраняемой информацией, а следовательно, для перехода прав необходимо использовать специальный договор 26.

В том же ряду находится и проблема, заключающаяся в невозможности включать информацию, составляющую коммерческую тайну, в состав предприятия как имущественного комплекса. В соответствии со статьей 132 ГК РФ, в состав предприятия могут входить как материальные, так и нематериальные активы, при условии если последние являются исключительными правами. Возможность учета таких нематериальных активов для предприятий, где большую часть имущества составляет интеллектуальная собственность (в том числе и для СМИ), трудно переоценить. Показательно, что на ранних этапах рассмотрения проекта Закона «О коммерческой тайне» в нем содержалась отдельная статья, устанавливающая порядок включения информации, составляющей коммерческую тайну, в состав предприятия 27. Однако позже данная статья была изъята. Обращение разработчиков с этой нормой можно расценивать как подтверждение их неуверенности в вопросе о правовой природе коммерческой тайны.

Другое следствие нерешенности вопроса о том, является ли коммерческая тайна объектом интеллектуальной собственности — отсутствие разделения статуса первоначального обладателя коммерческой тайны (правообладателя) и конфидента (правопреемника), т.е. лица, получившего информацию, составляющую коммерческую тайну, на законном основании, но не имеющего того же объема правомочий, что и передавшее эту информацию лицо. В соответствии с пунктом 4 абзаца 1 статьи 3 Закона, обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, признается «лицо, которое владеет информацией, составляющей коммерческую тайну, на законном основании, ограничило доступ к этой информации и установило в отношении ее режим коммерческой тайны».

Таким образом, признаки того, что лицо является обладателем коммерческой информации, это владение этой информацией, владение ею на законном основании, совершение действий по охране информации. Получается, что и контрагент, получивший информацию, составляющую коммерческую тайну, по гражданско-правовому договору, и работник, получивший ее по трудовому договору, т.е. на законных основаниях, при совершении указанных действий могут быть признаны, в соответствии с Законом, обладателями такой информации. Законом предусмотрены обязанности контрагентов и работников, получивших доступ к информации, по охране конфиденциальности информации и по ее неразглашению. Тем самым, права этих лиц прямо ограничены Законом. Однако если допустить, что и работники, и контрагенты являются обладателями информации, содержащей коммерческую тайну, то предоставленные им права по пользованию и распоряжению информацией ограничения могут быть истолкованы с позиции «разрешено все, что прямо не запрещено законом». А это может привести к произвольному снижению уровня охраны конфиденциальности информации со стороны лиц, получивших к ней доступ на законных основаниях. Особенно странным с этой точки зрения представляется содержание части 3 статьи 12, которая предусматривает право контрагента самостоятельно определять способы защиты конфиденциальной информации, переданной ему по договору, если иное не установлено самим договором. Гораздо более логичным с позиции охраны коммерческой информации было бы предусмотреть в качестве общего правила обязанность контрагента соблюдать режим охраны, установленный обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, если иное не предусмотрено договором.

Кроме прочего, Закон отличает низкий уровень юридической техники. Крайне неудачным представляется состояние понятийного аппарата. Особенно рельефно эта проблема проступает в статье 3, определяющей основные понятия.

Так, пункт 6 абзаца 1 статьи 3 Закона определяет «передачу информации, составляющей коммерческую тайну» как «передачу информации, составляющей коммерческую тайну и зафиксированной на материальном носителе, ее обладателем контрагенту на основании договора в объеме и на условиях, которые предусмотрены договором, включая условие о принятии контрагентом установленных договором мер по охране ее конфиденциальности». Подобная формулировка как определение теряет всякий смысл, поскольку словосочетание определяется само через себя. Скорее, данная норма содержит не определение, а минимальное регулирование порядка передачи информации, составляющей коммерческую тайну.

Кроме того, если применить указанное определение и в пункте 8 статьи 3 заменить слова «передача информации, составляющей коммерческую тайну» на приведенные выше, то получится, что предоставление информации, составляющей коммерческую тайну, государственным органам и органам местного самоуправления возможно только по договору. Между тем, толкование остальных положений Закона не позволяет прийти к такому выводу. Так, статья 6 Закона, более детально регулирующая предоставление информации, составляющей коммерческую тайну, не предусматривает заключения договора между обладателем информации и органом власти.

Другим недостатком понятийного аппарата Закона является отсутствие некоторых определений. Например, в тексте употребляются термины «документ» и «материальный носитель», смысл которых имеет существенное значение для решения вопроса о том, может ли информация, содержащаяся на том или ином носителе, расцениваться как охраняемая. В Федеральном законе «Об обязательном экземпляре документа» 28, содержащем, в том числе, определение документа, специально оговаривается, что отношения, возникающие по поводу коммерческой тайны, не входят в сферу его регулирования.

Еще одним примером недостаточно высокого качества юридической техники является внутренняя несогласованность документа. Например, в соответствии с частью 4 статьи 6 Закона на документах, предоставляемых обладателем коммерческой тайны органам государственной власти, должен быть проставлен гриф «Коммерческая тайна». Однако, в соответствии с частью 1 статьи 10 Закона, такой гриф должен быть нанесен на все материальные носители (документы), содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну, а следовательно, и на те, которые должны быть предоставлены органам государственной власти. Наличие подобных несостыковок может ввести в заблуждение правоприменителей и ставит вопрос о системности подхода разработчиков Закона.

Другая проблема заключается в том, что механизм введения в действие Закона является недостаточно эффективным. Так, не предусмотрен порядок внесения изменений в действующее законодательство или специальная процедура приведения его в соответствие с принятым Законом. Следовательно, проблема различного толкования термина «коммерческая тайна», встречающегося более чем в 40 действующих законах, не разрешена.

Не решен в Законе вопрос о действии статьи 151 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 года (далее — Основы) 29, регулирующей правоотношения, возникающие по поводу ноу-хау. Несмотря на то, что регулирование ноу-хау в обоих законодательных актах практически полностью совпадает, одно отличие все-таки имеется: Основы предусматривают ограничение срока охраны. Он истекает с момента фактического прекращения действия одного из трех условий, из которых складывается определение секретов производства: наличия реальной или потенциальной коммерческой ценности в силу неизвестности третьим лицам, отсутствия свободного доступа либо принятия обладателем информации мер по ее охране. Закон «О коммерческой тайне», с одной стороны, не отменяет действие статьи 151 Основ, но, с другой стороны, не устанавливает сроков охраны коммерческой тайны. При этом стоит отметить, что ни в законодательстве, ни в теории права нет устоявшегося представления о том, какой юридической силой обладает такой акт, как Основы законодательства 30. Если обратиться к тексту Основ, то можно обнаружить, что некоторые их положения не действуют, но только потому, что специальные нормы об отмене тех или иных статей содержатся в федеральных законах. Иными словами, в отношении этого акта не действует принцип фактической утраты юридической силы, происходящей в результате принятия нового акта, имеющего аналогичный предмет регулирования. Таким образом, можно говорить о несогласованности законодательства, а следовательно, о возможных правовых коллизиях.

Кроме того, Закон не отменяет действие Постановления Правительства РСФСР от 5 декабря 1991 года «О перечне сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну». В свете вышеописанной коллизии Закона и ГК РФ это означает, что юридически оба акта действуют параллельно в части, относящейся к перечню сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну. Перечни сведений в данных актах не совпадают полностью, что может привести к возникновению сложных правовых коллизий. Остальные положения Постановления утрачивают силу, так как противоречат акту с большей юридической силой.

Заключение

Разработчикам Федерального закона «О коммерческой тайне» удалось создать закон, который не внес коренных изменений в регулирование правоотношений по поводу коммерческой тайны в Российской Федерации. В некоторой степени новый акт упорядочивает отношения между лицами, обладающими коммерческой тайной, лицами, желающими получить доступ к ней на законном основании, и представителями государственной власти, получающими доступ к такой информации по долгу службы и обязанными хранить ее. Закон уточняет и конкретизирует случаи наступления ответственности за разглашение или незаконное использование коммерческой тайны, а также предусматривает ситуации, когда лица, получившие доступ к коммерческой тайне помимо воли ее обладателя, но в то же время не имевшие умысла на получение доступа, не несут за это ответственности.

Смотрите так же:  Как вернуть налог на недвижимость пенсионеру

В то же время, Закон не разрешил ряда концептуальных проблем, касающихся общеправового статуса коммерческой тайны и секретов производства (ноу-хау). Поддерживая существующую в действующем правопорядке тенденцию, Закон, с одной стороны, не отнес коммерческую тайну к объектам интеллектуальной собственности, а с другой стороны, никак не определил правовой статус данного института. Стремясь упорядочить правоотношения по поводу установления режима охраны коммерческой тайны, законодатель, по сути, ограничил обладателя такой информации в возможности по своему усмотрению определять меры обеспечения такого режима. Сосредоточив внимание на охране информации, составляющей коммерческую тайну, законодатель не решил задачи упорядочения гражданско-правовых отношений по поводу такой информации. Принятие Закона не может привести к гармонизации законодательства автоматически, так как некоторые из противоречащих Закону нормативно-правовых актов имеют более высокую юридическую силу, а некоторые акты включают положения, которые не содержат прямого противоречия с Законом, но могут быть истолкованы правоприменителем произвольно. Кроме того, отдельную проблему для правоприменителя неизбежно представит толкование Закона, понятийному аппарату которого не свойственна четкость, полнота и системность.

1Федеральный закон N 98-ФЗ от 29.07.2004 «О коммерческой тайне» // Российская газета, N 166, 05.08.2004.

2 А.П. Сергеев. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. Учебник. Издание второе, переработанное и дополненное. — М.: «ПРОСПЕКТ», 1999.

3 Г.К. Сафралиев, А.П. Бердашкевич. Анализ правовой концепции режима коммерческой тайны. — http://www.akdi.ru/pravo/iam/2.htm#8.

4 В. Кравченко. Проблемы законодательной защиты коммерческой тайны в России // Законодательство и практика средств массовой информации. Выпуск 7-8 (71-72) июль-август 2000.

5 Е.В. Ильиных. Институт коммерческой тайны в современном российском праве // Законодательство и экономика, N 11, ноябрь 2002 г.

6 Г.К. Сафралиев, А.П. Бердашкевич. Анализ правовой концепции режима коммерческой тайны. — http://www.akdi.ru/pravo/iam/2.htm#8.

7 Пояснительная записка к проекту Федерального закона «О коммерческой тайне».- http://www.legislature.ru/monitor/economics/310378-3.html.

8 Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) N 51-ФЗ от 30.11.1994 // Российская газета, N 238-239, 08.12.1994.

9 Постановление Конституционного Суда РФ от 29.06.2004 N 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы» // Российская газета, N 143, 07.07.2004.

10 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации N 174-ФЗ от 18.12.2001 (ред. от 29.06.2004) // Российская газета, N 24, 22.12.2001.

11 И.Л. Бачило, В.Н. Лопатин, М.А. Федотов Информационное право: Учебник // Под. ред. акад. РАН Б.Н. Топорнина. — СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2001.

12 А.Н. Белов. Защита коммерческой тайны // Аудиторские ведомости, N 4, апрель 2003 г.

13 Постановление Правительства РСФСР N 35 от 05.12.1991 «О перечне сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну» (ред. от 03.10.2002) // СП РФ, 1992, N 1-2, Ст. 7.

14 Трудовой кодекс Российской Федерации N 197-ФЗ от 30.12.2001 (ред. от 27.04.2004) // Российская газета, N 256, 31.12.2001.

15 В.А. Северин. Правовое регулирование коммерчески ценной информации // Законодательство, N 9, сентябрь 2000 г.

16 Уголовный кодекс Российской Федерации N 63-ФЗ от 13.06.1996 (ред. от 26.07.2004) // Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, N 25, ст. 2954.

17 Необходимо отметить, что под термином «ноу-хау» разные ученые подразумевают отличающиеся правовые институты, иногда тождественные коммерческой тайне, иногда более узкие. Тем не менее, все исследователи принимают содержащееся в законодательстве определение этого института, которое, по сути, тождественно определению коммерческой тайны, данному в Законе.

18 И.Л. Бачило, В.Н. Лопатин, М.А. Федотов Информационное право: Учебник // Под. ред. акад. РАН Б.Н. Топорнина. — СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2001.

19 А.П. Сергеев. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. Учебник. Издание второе, переработанное и дополненное. — М.: «ПРОСПЕКТ», 1999.

20 И.А. Зенин. Гражданское право Российской Федерации: Учебно-практическое пособие // Московский государственный университет экономики, статистики и информатики. — М.: МЭСИ, 1999.

21 Закон РСФСР «О собственности в РСФСР» N 443-1 от 24.12.1990 // Ведомости СНД РСФСР и ВС РСФСР, 1990, N 30, ст. 416.

22 Федеральный закон N 164-ФЗ от 29.10.1998 «О финансовой аренде (лизинге)» // Российская газета, N 211, 05.11.1998.

23 Федеральный закон N 10-ФЗ от 29.01.2002 «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон о лизинге» // Российская газета, N 21, 02.02.2002.

24 Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях N 195-ФЗ от 30.12.2001 (ред. от 28.07.2004) // Российская газета, N 256, 31.12.2001.

25 Гражданское право: В 2-х томах. Том I : Учебник // Отв. Ред. проф. Е.А. Суханов. — М.: Издательство БЕК, 1998.

26 И.А. Зенин. Гражданское право Российской Федерации: Учебно-практическое пособие // Московский государственный университет экономики, статистики и информатики. — М.: МЭСИ, 1999.

27 Проект Федерального закона «О коммерческой тайне» (текст ко второму чтению) N 310378-3, вносится Правительством Российской Федерации . — http://www.legislature.ru/monitor/economics/310378-3.html.

28 Федеральный закон N 77-ФЗ от 29.12.1994 «Об обязательном экземпляре документа» (ред. от 11.02.2002, с изм. от 23.12.2003) // Российская газета, N 11-12, 17.01.1995.

29 Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик (утв. ВС СССР 31.05.1991 N 2211-1) (ред. от 26.11.2001) // Ведомости СНД и ВС СССР, 26.06.1991, N 26, ст. 733.

30 О.Е. Кутафин. Источники конституционного права. — М.: ЮристЪ, 2002.

Федеральный закон о коммерческой тайне

Закон о коммерческой тайне был принят и разработан 29.07.2004 года. Он содержит понятие рыночной тайны, а также право на ее охрану, и предоставление сведений третьим лицам и организациям.

Описание закона

Федеральный закон о коммерческой тайне был разработан и внедрен в действие в середине июля 2004 года. Он устанавливает понятие коммерческой тайны и право на ее сохранность. В законе содержится 16 статей. Часть из них в новой редакции утратила силу. В частности статья №2, статьи №7- 9, статья № 12. Что такое рыночная тайна в соответствии с 98 ФЗ о коммерческой тайне? Согласно определению в законе коммерческая тайна — это система конфиденциальности сведений, дающей право ее владельцу под влиянием обстоятельств и условий, приумножить прибыль, предотвратить рисковые траты, утвердить позицию на рынке товаров и услуг или иметь другую материальную пользу. В дополнение предлагаем рассмотреть основы закона о защите информации.

А если, знать основные моменты 225-ФЗ о страховании ОПО, можно избежать многих конфликтных ситуаций.

Для юр. лиц и ИП важно учитывать положения ФЗ 98. Перед началом предпринимательской деятельности нужно с ним ознакомиться и изучить нормы закона. Скачать Федеральный Закон «О коммерческой тайне» можно по ссылке.

Последние изменения

ФЗ о конфиденциальной информации был принят в июле 2004 года. Последняя редакция закона была введена 12.03.2014 г. Была скорректирована ч.1 ст 1. Закон о неразглашении информации с 2014 года не содержит 2 статью. Изменен п. 2. ст. 3 об определении данных, входящих в понятие «коммерческая тайна». Добавлен п. 6.1. устанавливающий права владельца сведений, входящих в понятие тайны. Отредактирована статья 11, с указанием охраны коммерческой тайны в границах рабочих отношений.

Статья 5

В этой статье содержится перечень информации, которая рыночной тайной быть не может:

  • Информация, прописанная в учредительных актах юр.лиц, бумагах удостоверяющих событие вписывания информации о юр.лицах и ИП в государственные реестры;
  • Сведения, обосновывающие право на коммерческую деятельность;
  • Информацию о количестве объектов муниципальных или государственных хозяйственных организаций и учреждений, и о применении ими ресурсов из бюджетов различного уровня;
    Сведения о зашлаковывании природно-биологической среды, уровне ПБ, о уровне санитарно-эпидемиологической обстановки, степени излучения радиационных волн, экологичности продуктов, употребляемых в пищу, и иных сведениях, влияющих на безопасность и здоровье человека, окружающей среды и производственных предприятий;
  • О составе рабочего штата, о схеме оплаты работы, о рабочих требованиях, системе охраны труда, о рисках для здоровья на рабочем месте, числе вакантных трудовых мест;
  • Информация о долгах руководителей по зарплате и другим доплатам социального характера;
  • Сведения о несоблюдении законов РФ и привлечении к административно-уголовной ответственности за них;
  • О требованиях по торгам или конкурсам по приватизации недвижимых гособъектов;
  • О величине и составе прибыли некоммерческих предприятий, величине и численности их собственности, тратах, о числе людей в штате и величине зарплаты, о применении бесплатного труда работников в работе некоммерческих объектов;
  • Информация о списке граждан, с полномочиями работать без акта доверенности от юр.лиц;
  • Данные, которые необходимо обязательно раскрыть либо неправомерно ограничивать к ним доступ, если это установлено законодательством РФ.

Статья 6 регламентирует предоставление данных, составляющих коммерческую тайну.
Держатель сведений рыночной тайны обязан по требованию органов государственных властей либо муниципальных, дать им бесплатно сведения, входящие в понятие тайны. Прошение должно быть удостоверено подписью должностного лица, с определением права и цели запроса сведений, и период их подачи, если он не регламентирован законодательством;

Если держатель данных отказывается предоставлять информацию органам госвласти или муниципальным органам, они имеют основание запросить их через суд;

Держатель коммерческой тайны и государственные органы, и иные организации, имеющие доступ к коммерческой тайне, обязаны предоставить сведения по требованию судебных инстанций, следственных и спецслужб, по системе и праву, прописанным в законах РФ
На акты, где указана коммерческая тайна, наносится отметка «Коммерческая Тайна», с обозначением сведений о ее владельце.

Статья 10 содержит данные об охране конфиденциальности сведений. Прописывает способы охраны коммерческой тайны, порядок установления режима коммерческой тайны, установление о том, что помимо способов защиты, прописанных в п.1 статьи, владелец может использовать механические способы сохранить тайну данных, и любые другие, не нарушающие законодательства страны.