Меню Закрыть

Общепризнанные принципы и нормы международного права как источники уголовного права

§ 2. Общепризнанные принципы и нормы международного права как источники

Основой для признания принципов и норм международного права в качестве источников уголовного права в Российской Феде­рации служит положение ч. 2 ст. 1 УК РФ, согласно которому «на­стоящий Кодекс основывается на Конституции Российской Федера­ции и общепризнанных принципах и нормах международного права». Аналогичные предписания содержатся в ч. 1 ст. 2 УК Ук­раины, ч. 2 ст. 1 УК Азербайджана, ч. 2 ст. 1 УК Таджикистана, ч. 3 ст. 1 УК Беларуси, ч. 2 ст. 1 УК Казахстана. Некоторое отличие име­ет законодательная формулировка данного положения в УК Кыр­гызстана: «Уголовное законодательство Кыргызской Республики состоит из настоящего Кодекса, основанного на Конституции Кыр­гызской Республики и нормах, содержащихся в международных договорах и иных актах, ратифицированных Жогорку Кенешем Кыргызской Республики» (ч. 1 ст. 1).

В связи с данными положениями возникает несколько вопросов:

что из себя представляют принципы и нормы международно­

имеют ли они приоритет над национальными нормами права;

— каков механизм их взаимодействия с национальными право­выми нормами?

Рассуждая над первым вопросом, следует обратить внимание на некоторую несогласованность тестов Конституции РФ, Закона РФ «О международных договорах Российской Федерации» (1995 г.) и УК РФ. Конституция РФ в ч. 4 ст. 15 и Закон РФ «О международных договорах Российской Федерации» четко отграничивают принципы и нормы международного права и международные договоры РФ, в то время как УК РФ говорит лишь о принципах и нормах междуна­родного права. Как в этой связи соотносятся понятия «принцип ме­ждународного права», «норма международного права» и «междуна­родный договор»? Что из них может служить источником российского права и обладать приоритетом над национальным зако­ном?

Известно, что в числе источников международного права могут быть как писаные, так и неписаные источники (обычаи). При этом принципы и нормы международного права могут быть как зафикси­рованными в письменных актах, так и иметь характер обычая, в то время как международный договор является исключительно писа­ным актом. Однако в правовой литературе иногда принципы и номы международного права противопоставляются международным дого­ворам как неписаные нормы — писаным, при этом утверждается, что в УК РФ речь идет именно об обычных, неписаных междуна­родных нормах. В частности В. П. Коняхин указывает: «. в ч. 2 ст. 1 УК РФ речь идет только об общепризнанных принципах и нор­мах, то есть «неписаных» нормах обычного международного права, и ничего не говорится о »писаных» нормах международных догово­ров, которые на современном этапе приобретают все более возрас­тающее значение».296 Полагаем, что для такого утверждения и про­тивопоставления нет достаточных оснований. Скорее, напротив, текст уголовного закона позволяет включить в содержание понятия «принципы» и «нормы международного права» как обычные, так и писаные нормы. Однако неписаные нормы международного права вряд ли могут служить источником российского национального пра­ва. Косвенное подтверждение этому содержит сама Конституция

298 Коняхин В. П. Международный договор как источник российского уголовного пра­ва // Уголовное право в XXI веке . С. 154.

РФ, установившая, что приоритетом над национальными норматив­ными актами могут обладать только международные договоры, т. е., по сути, писаные источники. Не случайно в связи с этим Пленум Верховного Суда РФ в постановлении «О некоторых вопросах при­менения судами Конституции Российской Федерации при осуществ­лении правосудия» от 31 октября 1995 г. фактически дал ограничи­тельное толкование соответствующей нормы Конституции РФ и УК РФ, указав, что составной частью российской правовой системы яв­ляются «общепризнанные принципы и нормы международного пра­ва, закрепленные в международных пактах, конвенциях и иных до­кументах».297

Рассматривая теперь лишь писаные нормы международного права выяснить соотношение принципов и норм международного права не составляет труда. Следует признать верной позицию юри­стов, утверждающих, что «основополагающие документы междуна­родного права предполагают юридическое закрепление принципов в правовых нормах как международного, так и внутригосударственно­го характера. При этом сам «основополагающий принцип» становит­ся нормой, предписанной правилом поведения, неисполнение или нарушение которого влечет то или иное неблагоприятное последст­вие».298 Иными словами, «граница между «‘нормой международного права» и »принципом международного права» стирается, а принцип международного права для признания его источником уголовного права должен иметь нормативное оформление».

Таким образом, в качестве источника уголовного права могут выступать лишь нормы писаных международных документов, таких, как конвенции, пакты, договоры и др. При этом, говоря о нормах, не стоит упускать из виду, что ими могут быть признаны лишь обще­обязательные предписания, но не рекомендательные, иначе соответ­ствующее правило поведения утрачивает качество нормативности. В связи с этим уместно заметить очевидное преимущество законода­тельной формулировки УК Кыргызстана относительно того, что он основан на нормах международного права, ратифицированных выс­шим представительным органом республики.

Писаные нормы международного права могут содержать раз­личные предписания уголовно-правового характера: формулировать принципы правового регулирования, определять пределы действия национальных уголовных законов, устанавливать особенности от­ветственности отдельных категорий лиц, конструировать составы преступлений. При этом следует обратить внимание на то, что меж­дународные нормы уголовно-правового характера не сведены в еди­ный документ и могут находиться как в документах, посвященных противодействию (борьбе) отдельным видам преступлений, так и в документах более общего характера, посвященных правам человек, сотрудничеству государств и др. Иными словами, международные нормы, являющиеся источником национального уголовного права, не являются сугубо нормами международного уголовного права, они могут быть шире по охвату правового воздействия. По данным В. П. Коняхина, Российская Федерация сегодня участвует более чем в ста межгосударственных многосторонних и двусторонних догово­рах, содержащих нормы уголовно-правового характера, которые по­рой дублируют друг друга или включают в себя несогласованные положения.300 Принимая этот факт во внимание, следует, безуслов­но, согласиться с исследователем в необходимости безотлагательно­го проведения научной кодификации (правильнее сказать — систе­матизации) всего международного уголовного законодательства, которая должна быть максимально адаптирована к структуре дейст­вующего УК и в виде постатейных материалов к нему доведена до сведения каждого правоприменителя.301

Учитывая бессистемность международных норм уголовно-правового характера, ряд юристов утверждает о невозможности их приоритетного и прямого действия в отношении национального уго­ловного законодательства.302 Заметим, что кодификация правовых норм не является непременным условием их применения и не может служить аргументом в отказе международным нормам в приоритет­ном действии. Не вдаваясь снова в дискуссию о взаимоотношении

297 Сборник действующих постановлений . С. 32.

298 Кибальник А. Г., Соломоненко И. Г., Шибкое О. Н. Указ. соч. С. 10.

299 Там же. С. 13.

^ Коняхин В. П. Указ. соч. С. 159.

301 Там же. — Следует признать, что частично эта проблема решена А. Г. Кибальни-ком (см.: Кибальник А. Г. Преступление и ответственность в международном уголов­ном праве. Ставрополь, 2002. С. 100-331). 02 Мальцев В. В. Принципы уголовного права . С. 225.

Общепризнанные принципы и нормы международного права как часть российской уголовно-правой системы Цветков Алексей Александрович

Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — бесплатно , доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Цветков Алексей Александрович. Общепризнанные принципы и нормы международного права как часть российской уголовно-правой системы : Дис. . канд. юрид. наук : 12.00.08 : М., 2005 198 c. РГБ ОД, 61:05-12/1728

Содержание к диссертации

Глава 1. Социально-правовая обусловленность добросовестного выполнения международных обязательств в сфере борьбы с преступностью

1.1. Роль норм международного права в борьбе с транснациональной преступностью 15

1.2. Генезис теорий соотношения норм международного и внутригосударственного права 25

1.3. Место норм международного права в российской правовой системе 36

Глава 2. Характеристика общепризнанных принципов и норм международного права, направленных на борьбу с транснациональной преступностью

2.1 Виды норм международного права, направленных на борьбу с транснациональной преступностью 50

2.2 Понятие и признаки транснационального преступления 72

Глава 3. Имплементация норм международного права, направленных на борьбу с транснациональной преступностью

3.1. Понятие и структура механизма имплементации норм международного права 91

3.2. Сотрудничество государств в борьбе с транснациональной преступностью в механизме имплементации норм международного права 105

3.3 Способы инкорпорации международно-правовых норм в российском уголовном праве 118

3.4 Толкование норм международного права, как части уголовно-правовой системы России 136

3.5. Совершенствование уголовного законодательства России в соответствии с нормами международного права 150

Список использованной литературы

Введение к работе

Актуальность темы исследования. Коренные преобразования во всех сферах общественной жизни оказывают существенное влияние на развитие российской правовой системы. Процесс обновления законодательства не может не затронуть и уголовное право. Разработка научно обоснованных рекомендаций по совершенствованию уголовно-правовых мер борьбы с преступностью, обусловленных, с одной стороны, потребностями развития общества, а с другой — растущей угрозой международной преступности, -актуальная задача науки уголовного права.

В Послании Президента РФ В.В. Путина Федеральному Собранию Российской Федерации от 25 апреля 2005 года было сказано, что Россия готова «к эффективному партнерству со всеми странами в решении глобальных проблем. к единению усилий в борьбе с такими вызовами современному миропорядку, как международный терроризм, трансграничная преступность и наркоторговля».

По данным Комитета по международным делам Государственной Думы Совета Федерации РФ «обороты транснациональной организованной преступности сегодня сопоставимы с внутренним валовым продуктом крупнейших стран мира и исчисляются суммами свыше тысячи миллиардов долларов».

Отечественный криминал распространяет свое влияние за границы страны: русскоязычные преступные группировки действуют примерно в 50 странах мира. На криминальную обстановку в России оказывает влияние большое число нелегальных мигрантов, находящихся на территории страны. В настоящее время в России незаконно находится около 4 млн иностранцев. Рост преступлений, совершаемых иностранцами по данным МВД России, ежегодно увеличивается на 10-15%.

Обязанностью каждого государства является осуществление его уголовной юрисдикции над лицами, виновными в совершении международных преступлений. Учитывая, что никакая страна не может в одиночку успешно справиться с ростом международной преступности, мировое сообщество приняло главные соглашения в этом направлении, одним из которых является Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности и дополняющие ее Протоколы (Италия, 2000 г.).

Эффективность реализации международно-правовых обязательств зависит от деятельности государственных органов, как в правотворческой, так и в правоприменительной сферах.

Возрастает роль национального уголовного права в решении проблем обеспечения международной безопасности и борьбы с терроризмом. По этому поводу в ст. 1 Уголовного Кодекса России записано: «Настоящий Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права».

В связи с необходимостью дальнейшего совершенствования национальной судебной деятельности, направленной на борьбу с международной преступностью, а также в целях обеспечения правильного и единообразного применения судами норм международного права Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял Постановление от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

Смотрите так же:  Адвокат новиков юрий

Однако анализ данного документа позволяет сделать выводы о нечеткости нормативных формулировок для российских судов в вопросах применения международно-правовых норм, предусматривающих признаки составов преступлений, о том, что он не содержит исчерпывающих ответов на вопросы, возникающие при имплементации (осуществлении) международно-правовых норм, направленных на борьбу с транснациональной преступностью (ТНП).

Нормы международного права служат основой для принятия эффективных мер в борьбе с преступностью. Для имплементации норм международного права в России необходимо повышать уровень правовых взглядов, представлений и идей, обеспечивающих повышение правовой культуры и правового сознания в области определения места и роли международно-правовых норм в борьбе с ТНП.

Все эти обстоятельства позволяют говорить об актуальности и научно-практической значимости выбранной темы.

Степень разработанности темы исследования.

Несмотря на актуальность, проблемы имплементации норм международного права в российском уголовном праве до сих пор недостаточно исследованы. Отдельные положения, касающиеся данной проблематики, содержатся в опубликованных ранее работах, посвященных соотношению международного и внутригосударственного права. В советский период этой проблемой занимались ученые-международники: В.Г. Буткевич, Л.Н. Галенская, Н.В. Миронов Н.В., В.И. Степаненко, а также ученые-криминологи: И.И. Карпец, М.И. Ковалев, А.В. Наумов, А.Н. Трайнин и др.

Теоретические проблемы формирования механизма имплементации норм международного права в теории права и международно-правовой науке раскрываются в работах: И.П. Блищенко, А.С. Гавердовского, И.И. Лукашука, СЮ. Марочкина, Р.А. Мюллерсона, Ю.А. Решетова, В.М. Шуршалова и других авторов.

Опубликован ряд научных статей и отдельных работ, посвященных современным проблемам имплементации норм международного права, направленных на борьбу с преступностью. В большинстве исследований речь идет об отдельных, хотя и очень важных, аспектах соотношения норм международного права и национального уголовного права.

Это диссертационные работы иностранных авторов: К.Ж. Балтабаева (2000 г.) и Фейсал Кайд Али Ахмеда (2001 г.), а также российских ученых, посвященные признанию международно-правовых норм источниками уголовного права России (Ю.В. Трунцевский, 1995 г.), обоснованию приоритета норм международного права над отечественным уголовным правом (О.Н. Шибков, 2000 г.), анализу влияния международного уголовного права на российское уголовное право (А.Г. Кибальник, 2003 г.), практике воздействия решений Европейского Суда по правам человека на отношения в сфере российского уголовного права (Д.В. Юзвиков, П.В. Волосюк, 2004 г.).

На современном этапе вопросов совершенствования уголовно-правовых мер сотрудничества государств в борьбе с преступностью в своих работах также касались Н.Б. Слюсарь (2000 г.), О.А. Шорор (2001 г.), В.Ф. Цепелев (2001 г.), И.В. Годунов (2002 г.) и др.

В названных трудах содержатся исследования уголовно-правовых отношений, напрямую связанные с отдельными проблемами применения норм международного права в российском уголовном праве. Вместе с тем, проблемы имплементации общепризнанных принципов и норм международного права как части российской уголовно-правовой системы до сих пор не получили комплексного разрешения и нуждаются в дальнейших исследованиях.

Цель и задачи исследования. Цель проведенного исследования заключается в том, чтобы осуществить комплексную разработку проблем влияния общепризнанных принципов и норм международного права на российскую уголовно-правовую систему и их имплементации в правоприменительной практике по борьбе с ТНП.

Поставленной целью предусмотрена постановка и решение следующих задач:

обоснование социально-правовой природы имплементации норм международного права в уголовном праве Российской Федерации;

анализ норм международного права, обеспечивающих борьбу государств с ТНП;

классификация международно-правовых норм применительно к уголовному праву России;

определение признаков транснациональных преступлений и их видов;

разработка правовых основ механизма национально-правовой имплементации норм международного права;

формулирование правил толкования норм международного права в целях их применения к национальным общественным отношениям по поводу совершения ТНП;

определение места и роли российского уголовного права в современном процессе сотрудничества государств в борьбе с преступностью;

выработка практических рекомендаций по совершенствованию уголовно-правовых мер в борьбе с ТНП в Российской Федерации.

Объект и предмет диссертационного исследования.

Объектом исследования являются закономерности международного сотрудничества, в частности, деятельность Российской Федерации по имплементации норм международного права, направленных на оптимальное разрешение проблем борьбы с транснациональной преступностью.

Предметом исследования выступают общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры, имеющие уголовно-правовой характер, а также уголовное законодательство России, закрепляющее правовой механизм борьбы с ТНП.

Методологические основы и методы исследования. Предмет научного исследования такой комплексной и весьма объемной сферы, как борьба с транснациональной преступностью предполагает применение различных методов проведения объективного и всестороннего изучения. В целях полного раскрытия содержания темы диссертации автор использует сравнительный, нормативный, логический, прогностический, конкретно-социологический, статистический, технико-юридический и сравнительно-правовой методы.

Для исследования социально-правовой природы имплементации норм международного права, обеспечивающих борьбу с ТНП, а также совершенствования имеющихся приемов осуществления таких норм в российском уголовном праве в работе применяются исторический, системный и формально-юридический методы. Они позволяют выявить главные тенденции, послужившие формированию понятий и определений в указанной сфере, и на основе этих тенденций рассмотреть ключевые направления сотрудничества государств в борьбе с ТНП.

Сравнительный метод используется для выявления различных научных подходов к решению проблем имплементации общепризнанных принципов и норм международного права в российском уголовном праве, а также определения основных способов осуществления таких норм в практической деятельности государственных органов по борьбе с ТНП.

Нормативный и формально-логический методы исследования применяются для анализа положений международно-правовых норм, направленных на борьбу с ТНП, а также для формулирования предложений автора по совершенствованию уголовного законодательства России в данной сфере.

Системный подход используется для оценки внутренних взаимосвязей и взаимозависимости двух самостоятельных правовых систем международного и национального уголовного права.

Использование в работе наряду с общефилософскими и общенаучными методами исследования частно-научных методов способствовало более полному и всестороннему изучению предмета исследования.

Достоверность результатов исследования обеспечена четкостью исходных методологических посылок, базирующихся на апробированных положениях уголовного права, сбалансированным характером использованных методов исследования, анализа и обобщения теоретического и собранного эмпирического материала.

Источниковедческую основу исследования составили научные труды отечественных и зарубежных авторов по конституционному, уголовному и международному праву, криминологии, теории государства и права и др. Исследованию подвергались международные договоры Российской Федерации, документы ООН, Совета Европы, российское и зарубежное уголовное законодательство, подзаконные нормативно-правовые акты, разъяснения пленумов Верховного Суда РФ и другие материалы, определяющие уголовно-правовые основы противодействия транснациональной преступности.

Теоретической базой исследования являются работы следующих ученых в области уголовного права и криминологии: Г.А. Аванесова, .И. Алексеева, Ю.М. Антоняна, Ф.М. Бернера, Н.И. Ветрова, Б.В. Волженкина, Л. Д. Гаухмана, П.И. Гришаева, А.И. Долговой, А.Э. Жалинского, Н.И. Загородникова, А.А. Игнатьева, Н.Г. Кадникова, И.И. Карпеца, B.C. Комиссарова, Г.А. Кригера, В.Н. Кудрявцева, Н.Ф. Кузнецовой, В.Д. Ларичева, В.В. Лунеева, А.С. Михлина, А.В. Наумова, B.C. Овчинского, П.Г. Пономарева, А.Б. Сахарова, Н.С. Таганцева, А.Н. Трайнина, М.Д. Шаргородского, В.Е. Эминова, A.M. Яковлева и др.

Эмпирическую базу исследования составили постановления Конституционного суда Российской Федерации, в которых применялись общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России, решения Европейского суда по правам человека, вынесенные против стран-участниц Совета Европы.

Многосторонняя оценка полученных сведений позволяет полагать, что предложения, выводы и результаты исследования являются достаточно обоснованными и достоверными.

Научная новизна работы состоит в том, что впервые на современном этапе сотрудничества государств в борьбе с ТНП на уровне диссертационного исследования подвергнута комплексному изучению проблема имплементации общепризнанных принципов и норм международного права как части российской уголовно-правовой системы с учетом национальной и международной, в том числе европейской, судебной практики:

диссертант анализирует общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры РФ в качестве составной части правовой системы Российской Федерации;

выявлена социально-правовая обусловленность совершенствования механизма имплементации норм международного права в уголовном праве Российской Федерации;

проведен комплексный анализ норм международного права, обеспечивающих борьбу государств с ТНП;

разработана классификация международно-правовых норм, имеющих значение для уголовного права России;

сформулированы правила национально-правовой имплементации норм международного права в российском уголовном праве;

определены основные пути совершенствования v правовых основ международного сотрудничества в борьбе с ТНП;

предложены практические рекомендации по совершенствованию уголовно-правовых мер в борьбе с ТНП в Российской Федерации.

Результаты настоящего диссертационного исследования восполняют пробел в отечественной и зарубежной юридической литературе судебного толкования общепризнанных принципов и норм международного права.

Кроме того, элементы научной новизны нашли свое воплощение в положениях, выносимых на защиту.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Проблемы перенесения норм из одной правовой системы в другую заключаются в выборе способа их инкорпорации. Это может произойти автоматически либо путем приведения национального законодательства в соответствие с международным правом, но только, не изменяя при этом его содержания. Поэтому в рамках национальных отношений по борьбе с преступностью приспосабливаться к новым условиям действия должна не международно-правовая норма, а сама уголовно-правовая система государства, она согласовывается с международным правом на уровне принципов, институтов и норм уголовного права.

2. Под имплементацией норм международного права в борьбе с транснациональной преступностью понимается правовая и организационная деятельность государств, предпринимаемая ими на внутригосударственном уровне самостоятельно или на международном уровне совместно с другими государствами — участниками международных договоров по борьбе с транснациональной преступностью, либо в рамках международных организаций или специально создаваемых международных механизмов, в целях всестороннего, своевременного и полного воплощения в жизнь предписаний, принятых в соответствии с международно-правовыми обязательствами по борьбе с ТИП.

Лишь включение соответствующих положений международного права в уголовное законодательство может гарантировать одну из наивысших степеней эффективности применения международно-правовых норм, поскольку УК РФ предусматривает реальные санкции в отношении конкретных лиц, допускающих их нарушение.

3. Будучи включенными в уголовно-правовую систему страны, международно-правовые нормы не утрачивают свою связь с международным правом и в этом плане представляют специфическую часть уголовного права России — рецепированное уголовное право, представляющее собой систему принципов и норм международного права, инкорпорированных в российское уголовное законодательство, включающее: принципы экстерриториального действия уголовного закона; основания оказания правовой помощи или отказа от ее предоставления запрашивающим государствам по выдаче; признаки транснациональных преступлений и основания освобождения от уголовной ответственности за их совершение; правила толкования норм международного права в системе российского уголовного права.

Смотрите так же:  Договор между ип и ип на поставку товара

Правило поведения, содержащееся в международно-правовом акте и перенесенное в национальный уголовный закон, остается международным обязательством для государства. При его толковании, в частности, в случаях определения признаков состава преступления, содержащегося в рецепированной норме уголовного закона, должны использоваться принципы и правила толкования международных договоров, обычного права, а также актов и решений международных организаций, Европейского суда по правам человека, либо иных международных органов, исполнение решений которых является международным обязательством России.

De lege ferenda обосновывается необходимость внесения изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ:

часть 2 ст. 1, ч. 2 ст. 11, а также ч. 1 ст. 12 дополнить ссылкой на международные договоры РФ;

статью 4 «Принципы равенства граждан перед законом» дополнить двумя частями, касающимися недопустимости ссылки на должностное положение при осуществлении уголовного правосудия;

в ст. 8 закрепить положение о том, что материально-правовое основание уголовной ответственности предусмотрено не только УК РФ, но и тем законодательством, к которому он отсылает, в том числе — международным договором РФ;

дополнить новой статьей: 8-1 «Толкование уголовного закона», в части первой которой закрепить правила толкования национальных норм уголовного права, а во второй — международно-правовых;

статью 13 дополнить частью третьей, где закрепить обязанность государства судить или выдать преступника, а также предусмотреть специальную статью (ст. 13-1), содержащую материально-правовые основания отказа в выдаче лиц, совершивших преступление;

в статье 15 «Категории преступлений» к тяжким (особо тяжким) преступлениям отнести все умышленные деяния, если они совершены организованной группой вне зависимости от размера санкции статьи Особенной части УК РФ;

предусмотреть самостоятельную статью о юридической и фактической ошибках (ст. 28-1);

в части 5 ст. 78 УК и ч. 4 ст. 83 РФ закрепить, что к лицам, совершившим (осужденным за совершение) преступления террористического характера, сроки давности не применяются;

статью 63 «Обстоятельства, отягчающие наказание» дополнить новым пунктом: «о) совершение преступления, заведомо носящего транснациональный характер (с иностранным элементом)»;

часть 3 статьи 313 УК РФ дополнить квалифицирующим признаком побега: «с целью покинуть территорию государства исполнения приговора» и другие.

Теоретическое и практическое значение проведенного исследования. Теоретическое значение работы заключается в том, что в диссертации формулируются и обосновываются предложения, связанные с дальнейшей разработкой в уголовно-правовой науке научно-практической концепции имплементации норм международного права. Работа направлена на совершенствование принципов международного сотрудничества России в борьбе с ТНП.

Теоретическая разработка проблем о месте и роли норм международного права в российской уголовно-правовой системе, а также практическая значимость результатов настоящей диссертации позволяют выйти на новые, научно обоснованные решения по совершенствованию уголовного законодательства, сформулировать и внести предложения в целях повышения качества и эффективности действия правовых институтов уголовного права, в частности норм о борьбе с транснациональными преступлениями, содействовать повышению качественного уровня правоприменительной деятельности государственных органов, судебной практики в вопросе судебного толкования общепризнанных принципов и норм международного права, обеспечению прав человека, а также изменению содержания процесса изучения учебного курса Общей части уголовного права — о соотношении международного права и уголовного закона и др., Особенной части — при характеристике признаков составов преступлений, имеющих международный характер.

Апробация результатов исследования осуществлялась путем изложения основных положений и выводов диссертации в докладах и выступлениях на межвузовских и внутривузовских научных и научно-практических конференциях, проходивших в 2004-2005 гг. в Оренбурге и Москве.

Основные теоретические выводы, рекомендации и положения диссертации обсуждались на заседании кафедры уголовно-правых дисциплин Международного института экономики и права, на страницах журналов «Международное публичное и частное право», «Российский судья».

Материалы исследования используются в процессе преподавания курса уголовного права на юридическом факультете Оренбургского государственного института менеджмента.

Основные положения, выводы и рекомендации диссертации отражены в четырех научных статьях.

Структура диссертации обусловлена целью исследования и вытекающими из нее задачами. Работа состоит из введения, трех глав, включающих в себя десять параграфов, заключения и списка использованной литературы.

Роль норм международного права в борьбе с транснациональной преступностью

«Глобализация социальных и экономических процессов породила и глобализацию преступности, делая ее все более организованной, транснациональной и изощренной» .Интернационализация преступлений, необходимость объединения усилий государств в борьбе с ними породили тенденцию к интернационализации уголовного права2.

Первоначально рассматриваемая, как местная или, по крайней мере, региональная угроза, организованная преступность стала высокоразвитой межнациональной деятельностью.

Возрастает уровень преступности, совершаемой либо интернациональными по составу преступными группами, либо на территории нескольких стран, либо против интересов двух и более государств. Такой вид преступности стали называть международной (или транснациональной)3.

Многочисленные преступные группировки осуществляют свою деятельность на международном уровне, и рассматривают государственные границы не как барьеры, а как коммерческие возможности4. Транснациональная преступность (например, терроризм, наряду с иными формами преступности) является угрозой для безопасности личности, общества, государства и международного сообщества в целом, воздействуя не только на правопорядок, но и на экономическую, политическую, государственную жизнь народов, государств и международных регионов.

Сегодня ни одно, даже экономические развитое государство, не в состоянии эффективно противостоять транснациональной преступности. Необходимо широкое международное сотрудничество.

Генеральный секретарь ООН Кофи Ананн на саммите тысячелетия заявил: «В 1945 году основатели ООН создали открытую и базирующуюся на сотрудничестве систему меэюдународного мира. Эта система работала и сделала возможным появление глобализации. В результате этого мы сейчас живем в глобальном мире. Реагирование на этот сдвиг — вот центральная задача, стоящая сегодня перед мировыми лидерами.

В этом новом мире группы и отдельные лица все чаще и чаще напрямую взаимодействуют между собой через границы без участия государства. Это создает определенные опасности. Преступность, наркотики, терроризм, загрязнение, болезни, оружие, беженцы и мигранты — все это передвигается туда и сюда более быстрыми темпами и в больших объемах, чем в прошлом. Люди ощущают угрозу, исходящую от событий, которые разворачиваются вдали от них. Они также более остро реагируют на несправедливость и жестокость в отдаленных странах и ожидают от государств каких-то мер в этом отношении. Однако новая технология также создает возможности для взаимного понимания и совместных действий. Если, подчеркивает Генеральный секретарь ООН, мы хотим взять лучшее от глобализации и избежать худшего, мы должны научиться управлять лучше и должны научиться управлять тому, как лучше управлять сообща»5.

Итак, важную роль в объединении и координации усилий стран в борьбе с транснациональной преступностью на национальном и международном уровнях, призваны играть международные организации, особенно ООН.

В рамках ООН, этой авторитетной универсальной межправительственной организации, созданы специальные органы, призванные содействовать повышению эффективности сотрудничества государств в борьбе с преступностью, и в большей мере в сфере правотворчества.

В Венской декларации о преступности и правосудии: ответы на вызовы XXI века, принятой 10-17 апреля 2000 года на Десятом Конгрессе Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями сказано о необходимости более тесной координации и сотрудничества между государствами в решении мировой проблемы преступности, укреплению внутренних систем уголовного правосудия и национального потенциала в области международного сотрудничества6.

Л.В. Иногамова-Хегай справедливо отмечает, что «глобально цели и задачи национального и международного уголовного права совпадают: преследование и наказание виновных в совершении преступлений лиц. »7 и др В настоящее время признано, что международное публичное право «служит тем ориентиром, с которым сообразуются внутригосударственное правотворчество и внутригосударственная правоприменительная практика»8.

Действительно «международное право содействует созданию необходимых условий для нормального функционирования национальных правовых систем, оказывает влияние на содержание материальных норм права, практически всех отраслей права государств»9 и их отраслевых правовых систем, в том числе и уголовно-правовой. Со времен Нюрнбергского процесса в нем утвердилась норма, согласно которой преступления по международному праву являются преступлениями и наказываются как таковые «независимо от того, являлись ли эти действия нарушением внутреннего права страны, где они были совершены, или нет» (пп. «с» п. 2 ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала 1945 г.)10. Эта норма нашла подтверждение и в проекте Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, принятого Комиссией международного права в 1996 г. (ч. 2 ст. 1). Относящиеся к рассматриваемому вопросу нормы также изложены в Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г.: «Участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им договора» (ст. 27)».

В нормах международного права закреплены исходные модели поведения государств, юридические предписания, адресованные всем субъектам этого права, международные обязанности государств в борьбе с преступностью, которые они должны неуклонно соблюдать на практике, в своих взаимоотношениях. Без эффективного выполнения этих обязательств не может существовать международный правопорядок.

Генезис теорий соотношения норм международного и внутригосударственного права

До последнего времени проблемы соотношения международного и внутригосударственного права не являлись предметом исследования криминологов, а активно обсуждались лишь в науке международного права24.

Вместе с тем и для современной науки уголовного права актуален тезис семитомника «Курс международного права» о том, что «уяснение соотношения международного и внутригосударственного права дает возможность полнее и точнее представить себе формы и способы осуществления норм международного права внутри отдельной страны и пути устранения, возникающих в процессе этого осуществления трудностей»25.

Можно утверждать, что с принятием 12 декабря 1993 г. Конституции РФ (ч. 4 ст. 15) вопросы соотношения международного и внутригосударственного права стали предметом исследования практически во всех отраслях правовой науки, и в том числе, уголовного права .

Чтобы лучше проанализировать проблему соотношения общепризнанных принципов и норм международного права, направленных на борьбу с преступностью, и российского уголовного права, как единого правового механизма следует установить генезис теорий их соотношения, а также определить правовую природу отражения в национальном уголовном праве положений международно-правовых норм.

История любой правовой системы показывает неуклонное стремление иметь точное и ясное право. Законность, исключающая возможность какого бы то ни было произвола, делается непременной чертой права. От того, насколько полно и ясно регламентируются правовые положения, в значительной мере зависит точное и безусловное соблюдение норм национального уголовного права.

Следует согласиться с СВ. Черниченко в том, что проблема соотношения международного и внутригосударственного права проявляется в ходе внутригосударственного правотворчества и правоприменения. С одной стороны, государства стремятся избежать коллизий между своими международно-правовыми обязательствами и собственным правом и, с другой, стимулировать развитие своего права27.

Смотрите так же:  Заявление отпустить с работы по состоянию здоровья

В современной науке международного права существует четыре концепции соотношения международного и внутригосударственного права, основанные на: независимости международной и национальной правовых систем (дуалистическая); примате международного права над внутригосударственным (монистическая); примате внутригосударственного права над международным и, наконец, взаимной связи международного и внутригосударственного права .

Теория примата международного права — самая «молодая» из них, появилась в международно-правовой науке в начале 20-х годов XX века29. Так, в США почти все юристы международники (Хайд, Гросс, Джессеп, Иглтон и др.) выступают сторонниками данной теории . Например, Ч. Хайд предлагает нормы международного права «рассматривать как внутригосударственное право каждого отдельного государства, действующее на территории, находящейся под контролем этого государства»31.

Идея примата международного права над внутригосударственным содержалась также в работах русских юристов конца XIX, начала XX веков (П.Казанский, А.Ященко и др.). Ященко А. признавал преимущество международного права над государственным, считая, что «есть высшая форма права над индивидами и государством, высшая над управляющими и управляемыми, что она возлагается и на тех и на других» . Наиболее полная разработка концепции примата международного права над внутригосударственным правом при рассмотрении вопросов соотношения этих правовых систем представлена в работах австрийского правоведа Ганс Кельзена «Чистая теория права» (1934 г.) и «Принципы международного права» (1952 г.)33.

Теоретики уголовного права за рубежом, копируя «идею» о сверхнациональных инстанциях, возвышающихся над суверенными государствами, выдвигают мысль о безусловном примате международного уголовного права над национальным. Так, проходивший в 1950 году в Лондоне конгресс американской «Bar Association» принял резолюцию о примате международного уголовного права над национальным34.

Теория примата внутригосударственного права является монистической теорией, так как говорит о единстве исследуемых систем права, фактически определяя международное право как отрасль внутригосударственного права35.

В учебнике 1940 года по теории государства и права (авторы— профессора М. С. Строгович и С. А. Галунский) при характеристике места международного права как отрасли права говорилось: «Международно-правовые договоры СССР с капиталистическими государствами закрепляют их взаимные права и обязанности. Поскольку в этих договорах выражаются те политические принципы, которые проводит СССР и которые лежат в основе политики СССР, международное право должно быть включено в систему советского права как его отрасль, хотя в установлении его норм участвует не только СССР, но и капиталистическое государство, с которым заключается соглашение». Авторы по сути дела определяли международное право как внешне государственное право Советского Союза.

Виды норм международного права, направленных на борьбу с транснациональной преступностью

Международно-правовая норма — это формально определенное правило, созданное соглашением субъектов для регулирования их взаимоотношений путем установления прав и обязанностей, обеспечиваемое юридическим механизмом охраны. Норма представляет собой юридическую модель взаимного поведения субъектов, модель соответствующего межгосударственного отношения.

Невозможность непосредственного применения норм международного права в национальной правовой системе согласно распространенному мнению ученых связана с тем, что такая норма имеет усеченную структуру и не содержит конкретных санкций89. Тем не менее, это обстоятельство не означает, что международное право не предусматривает принудительных мер за совершение правонарушений. По справедливому замечанию В.А. Василенко в международном праве всегда презюмируется ответственность за деликт. Даже если в нарушенных нормах отсутствуют предписания, определяющие объем и формы ответственности на случай их несоблюдения.

Думается, что утверждение о неполной структуре международно-правовой нормы не обоснованно. Что же касается санкции, т.е. ответственности за нарушение обязательств субъектом международного права, то она, имея договорно-правовой характер, вытекает из общего принципа «pacta sunt servanda», получившего закрепление в современном международном праве в качестве нормы jus cogens91.

Безусловно, механизм ответственности физических лиц за совершение ими транснациональных преступлений разрабатывается в национальном законодательстве: назначение наказания за деяния, преступность которых определена в нормах международного права — обязанность государства, вытекающая из международных обязательств. Например, участники Женевских конвенций о защите жертв войны приняли на себя обязательство «ввести в действие законы, необходимые для обеспечения эффективных уголовных наказаний для лиц, совершивших или приказавших совершить те или иные серьезные нарушения настоящей Конвенции . » (ст. 146) . В п. 2 ст. 9 Конвенции о безопасности персонала ООН и связанного с ней персонала предусмотрено, что каждое государство-участник устанавливает соответствующее наказание за преступления, против которых направлена конвенция, «с учетом их тяжкого характера».

Хотя не исключены возможности, в случае совершения серьезных преступлений, например, по тем же Женевским конвенциям о военных преступлениях, назначения наказания в соответствии с нормами международного права, в частности, Уставу Международного трибунала по Югославии.

Очевидно, что наличие санкций в норме права не главная причина, почему соблюдается закон, тем более что санкции не гарантируют особой эффективности уголовного права (имеется в виду низкую раскрываемость преступлений). Нормы международного права, устанавливающие преступность деяния, обладают общей превенцией. Роль специальной превенции этих норм выполняет национальное уголовное право.

Таким образом, реализация норм международного права, направленных на борьбу с преступностью, может осуществляться не только посредством национального права, но и на международном уровне, с использованием организационных (институциональных) и правовых мер. Другое дело, что одни нормы реализуются только в международных отношениях, а другие подлежат реализации во внутренней сфере государств, пройдя соответствующую процедуру.

Напомним, что согласно ч. 4 ст. 15 Конституции в российскую правовую систему включены а) общепризнанные принципы и нормы международного права, а также б) международные договоры России. Рассмотрим виды таких норм применительно к уголовному праву.

Основные принципы — это общепризнанные, императивные особо крупные по объему нормы общего международного права, составляющие главное ядро международного права и определяющие содержание и направленность его развития95, а также, на наш взгляд, национальных отношений и внутригосударственного законодательства. Эти принципы в совокупности составляют кодекс основных нормативных правил поведения государств, которых необходимо придерживаться для поддержания международного мира и правопорядка.

Понятие и структура механизма имплементации норм международного права

Интернационализация отечественного уголовного права, приведение его в соответствие с общепризнанными принципами и нормами международного права способствуют решению стоящих сейчас перед человечеством проблем — обеспечение международной безопасности, охрана окружающей среды, утверждение прав человека.

«Само по себе наличие демократических принципов и норм международного права не обеспечивает оптимального режима международной законности, не гарантирует мира» и как показывает практика, провозглашение международных договоров верховным правом страны -отнюдь не гарантия от нарушения международных договорных норм.

Необходима разработка юридического механизма исполнения норм международного права в национальном законодательстве. Так, одним из правовых требований законности наряду с подконституционностью уголовного закона должно быть закреплено требование приоритета международно-правовых норм над национальным уголовным правом.

Вопрос о месте норм международного права направленных на борьбу с преступностью в российской уголовно-правовой системе не может быть решен без рассмотрения проблем связанных с механизмом их имплементации, с изучением понятия и признаков этой сложной системы.

. В международном праве Для обозначения понятия «осуществление» норм международного права широкое распространение приобрел термин «имплементация». Его можно встретить в многочисленных резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН, решениях других международных организаций, принятых в связи с обсуждением вопросов о ходе реализации международных договоров173.

Имплементация (корень — «имплемент»), как юридическое понятие означает осуществление, выполнение (в переводе с англ., латинского, исп., ), а глагол to implement (англ.) означает — проводить в жизнь.

В толковых словарях русского языка «осуществлять» это: — вызвать в сущность, суть приводить в существо, в жизнь, в бытие, исполнять на деле174; — привести в исполнение, воплотить в действительность, осуществить творческий замысел, выполнить, совершить, произвести; — привести в исполнение, воплотить в действительность .

В Советском энциклопедическом словаре «имплементация» — (от лат. impleo — наполняю, исполняю) осуществление, исполнение государством международно-правовых норм177.

Отметим, что в официальных дипломатических документах, посвященных вопросам реализации международно-правовых норм, термин «имплементация» переводится на русский язык как «осуществление». И можно предположить, что нет смысла вводить в юридический оборот это иностранное понятие, когда есть его национальный эквивалент.

Однако, терминология в международном праве, являющаяся результатом согласования воль различных государств, достигаемого зачастую в результате многолетней и упорной борьбы, взаимных уступок и воздействия различных общественно-политических сил, также является итогом значительных усилий и поисков компромиссов со стороны официальных представителей государств178. Поэтому терминология в международно-правовых актах затрагивает не только область правотворчества -юридической техники, но и сам процесс сотрудничества государств в борьбе с преступностью.

Научно обоснованный подход к вопросу имплементации международных норм дает возможность активно влиять и управлять внутригосударственными отношениями.

Отдельные ученые сводят весь процесс имплементации лишь к вопросу проникновения норм международного права во внутригосударственное право (то есть инкорпорации) и в последующем, когда нормы международного права становятся национальными, толковать предлагается их без учета международно-правового происхождения179.

Между тем, практика свидетельствует, что имплементация норм международного права не сводится лишь к правотворческой деятельности государства в лице его органов, а предполагает, помимо этого, проведение широкого комплекса мер организационного (правоприменительного) характера, обеспечивающих непосредственную (материальную) реализацию предписаний международно-правовых норм.

Кроме того, имплементация норм международного права вовсе не ограничивается лишь внутригосударственной правотворческой либо правоприменительной деятельностью. А.Г. Кибальник, например, рассматривает имплементацию как способ влияния международного права на уголовно-правовую систему — «уже существующая уголовно-правовая норма или (чаще) вводимая новая норма национального Уголовного закона адаптируется внутренними законами во исполнение международного договора»180. С ростом роли и значения международных меж- правительственных организаций государства все чаще прибегают к использованию их в качестве органов имплементации многосторонних международных договоров. Путем участия в деятельности международных организаций по вопросам борьбы с преступностью.

Под понятием «имплементация» мы понимаем не только узкий ее смысл, то есть инкорпорацию (перенос, включение в свой состав) норм международного права в национальное уголовное законодательство с целью их применения во внутригосударственных отношениях, но и более широкий. Так, с целью создания условий для осуществления норм международного права в уголовно-правовой системе Российской Федерации, наряду с указанными правовыми мерами должны использоваться международные и национальные организационные инструменты.

Таким образом, «имплементация» по своему содержанию гораздо шире, нежели применяемое в отношении внутреннего права понятие «осуществление». В частности, деятельность субъектов внутреннего права по реализации своих субъективных прав и обязанностей представляет собой опосредованную правом совокупность организационно-оперативных мер, как правило, не связанных с правотворчеством.