Меню Закрыть

Завещание органов человека

Завещание органов

Недавний опрос «Левада-центра» показал, что в России на вопрос «Готовы ли вы сейчас принять официальное решение о завещании своих органов после смерти?» более половины респондентов ответили отрицательно. Согласны стать донорами 22 % опрошенных, а 15 % категорически против.

Новый виток обсуждения ситуации с трансплантологией в России дала недавняя новость о том, что житель города Владимира Валерий Спиридонов, страдающий редким генетическим заболеванием, заявил о своей готовности пойти на трансплантацию головы. Операцию уже в 2017 году планирует провести испанский нейрохирург Серджо Канаверо.

Корреспондент портала UZRF.ru попытался разобраться, как, кому и почему в России могут пересадить донорские органы.

Каким бывает донорство

После смерти человек может спасти несколько жизней — в том случае, если его органы подходят для пересадки. Врачи не работают с органами и тканями онкобольных, больных гепатитом и туберкулезом. В основном посмертные доноры — люди, скончавшиеся в результате несчастного случая или инсульта. Врачи используют для трансплантации печень, почки, сердце, легкие и некоторые другие органы и ткани организма.

Донорство бывает не только посмертным, но и прижизненным. В России, как и во всем мире, органы не могут быть предметом коммерческих сделок, так что все страшилки о людях, украденных «на органы», и объявления в стиле «Продам почку» профессиональное сообщество воспринимает со скепсисом. Прижизненным донором может стать только родственник больного. Для посмертного донорства в России действует презумпция согласия: врачи не обязаны спрашивать разрешение на изъятие органов у пациента или его родственников, но в то же время закон предусматривает отказ от трансплантации. Родственники имеют право запретить медикам проводить процедуру изъятия и, согласно словам самих врачей, часто это право используют. Трансплантологи связывают это с особенностями менталитета и недостаточной образованностью. Люди просто не осознают, что отказ от использования органов умершего человека фактически убивает еще нескольких людей — очередников, которые очень нуждаются в помощи.

Законность действий

На данный момент в России операции по пересадке донорских органов регулируются законом «О трансплантации органов и тканей» от 1992 года. Но федеральный Минздрав уже начал работу над новым законопроектом, который будет гарантировать безопасность как пациентам, так и умершим людям и их родственникам. В тексте документа подробно описывается процесс констатации смерти, оценка возможности использования донорских органов и возможности семьи влиять на решение об изъятии.

Законопроект предусматривает создание реестра, который будет содержать не только прижизненное волеизъявление человека — согласие или отказ от использования органов после смерти, но и единый лист ожидания всех тех, кто нуждается в донорских органах, во всех учреждениях страны, где проводят трансплантацию. В этой базе также будет отслеживаться путь донорских органов и состояние здоровья пациентов и прижизненных доноров.

Противники реестра опасаются, что согласившихся на посмертное донорство начнут похищать и подстраивать несчастные случаи. Составители документа, во-первых, уверяют, что база будет доступна только ограниченному кругу лиц, во-вторых, ссылаются на американский опыт. В США реестр содержит только данные тех, кто согласен на трансплантацию, и документ этот доступен полиции, скорой помощи, пожарной службе. Кроме того, человек может сделать отметку на водительских правах, если согласен на использование органов после смерти. И это не рассматривается как фактор угрозы жизни и здоровью.

Закон также предусматривает создание профессиональных стандартов и программ обучения трансплантологов-координаторов — врачей, которые будут осуществлять связь между больницами, где констатируют смерть, и трансплантологическими центрами, оценивать пригодность органов для использования, заниматься изъятием и обладать доступом к единому реестру нуждающихся в трансплантации. Все это должно способствовать развитию трансплантологии в России.

Механизм действия

Москва пока единственный город в России, где реально работает административный механизм сохранения донорских органов как национального ресурса. Там действуют 10 учреждений, которые занимаются разными видами трансплантации.

При наступлении летального исхода вызываются специалисты, которые оценивают возможность использования органов умершего. Они имеют доступ к единому листу ожидания всех учреждений в Москве, где делают трансплантацию. Кому орган больше подходит по антигенному набору, по группе крови, тому он и направляется.

Мировой опыт

В Европе и США в конце 90-х резко — более чем в два раза — увеличилось количество пересадок органов от посмертных доноров. Связано это с историей семилетнего Николаса Грина — американского мальчика, погибшего от пули грабителя. Родители Николаса два дня надеялись, что сын выйдет из комы, а после того как врачи констатировали смерть головного мозга, согласились использовать органы ребенка для пересадки нуждающимся. Это спасло семерых тяжелобольных людей и дало им возможность вернуться к нормальной активной жизни. В Испании развитию трансплантологии помогла католическая церковь, наставлявшая паству своими проповедями и призывами жертвовать свои органы после смерти собратьям.

В Америке каждый год на миллион человек приходится более 90 трансплантаций различных органов. Самая востребованная операция во всех странах — пересадка почки. В США на гемодиализе находится свыше 300 тысяч человек. В этой стране делается в год 16 тысяч и более операций по пересадке почки.

В Европе, США, Канаде, Австралии созданы государственные механизмы, обеспечивающие посмертное донорство органов. В России пока такого нет.

Безусловно, в нашей стране проблем с трансплантологией довольно много. Для их решения необходима, прежде всего, системная профессиональная подготовка студентов и врачей в области трансплантологии и органного донорства, а также выстраивание государственной системы посмертного донорства органов, воспитание населения в духе гуманизма и доброжелательности.

К сожалению, в Рязани нам не удалось найти специалиста, который мог бы прокомментировать столь интересную и актуальную тему. Материал подготовлен по данным, находящимся в открытом доступе в интернете.

18 важных вопросов о посмертном донорстве

Согласно «Закону о трансплантации органов», каждый совершеннолетний житель России, не выразивший перед смертью свое несогласие, рассматривается как потенциальный донор органов. Вместе с тем явление добровольного посмертного донорства органов все еще остается для большинства жителей России чем-то пугающим и малопонятным. Опросы показывают, что изъятие у умершего человека органов для того, чтобы помочь нуждающемуся в них больному, все еще воспринимается крайне негативно. Причины такого отношения самые разные, в том числе — простая нехватка информации по данному вопросу.

Forbes узнал, какие вопросы возникают у людей относительно трансплантологии и донорства органов, и задал их профессору Сергею Владимировичу Готье, члену-корреспонденту РАМН, директору Федерального научного центра трансплантологии и искусственных органов им. академика В. И. Шумакова и главному специалисту-трансплантологу Минздравсоцразвития России.

Материал проиллюстрирован известными рекламными плакатами, призывающими людей становиться добровольными посмертными донорами.

1. Какие из моих органов могут пригодиться людям для трансплантации?

В зависимости от состояния здоровья органов это, прежде всего, почки, сердце, легкие, печень, поджелудочная железа и кишечник. Вот основные, так называемые солидные органы, которые пересаживают людям. А еще есть ткани, которые забираются на этапе морга: роговица, различные костные фрагменты, которые после соответствующей обработки могут служить пластическим материалом. Также для трансплантации могут использоваться фрагменты сосудов, которые консервируются и хранятся для возможных сосудистых реконструкций.

Рекламная кампания «Ты можешь стать героем и после смерти», агентство CLM/BBDO, Франция

2. Какие болезни помешают мне стать посмертным донором?

У смерти всегда есть причина: если болезнь заключается в поражении головного мозга, но все остальные органы здоровы, мы, естественно, можем использовать их для трансплантации. Если же человек, например, умирает от инфаркта, то его сердце уже никак не подойдет в качестве органа, который можно пересадить. А вот почки можно использовать во многих случаях. Естественно, мы не можем использовать органы умерших от онкологии, или больных туберкулезом и гепатитом.

Рекламная кампания «Спасибо», агентство Leo Burnett, Франция

3. Должен ли я регулярно проходить какие-то обследования или процедуры, если решил стать донором?

Посмертное органное донорство, которое существует, культивируется и развивается во всем мире, базируется не только на моральном согласии одного человека послужить всему человечеству после смерти, но и на здоровом образе жизни, который пропагандируется в развитых странах. Кстати, зарубежный опыт, в частности американский и испанский, включает в себя использование органов людей, умерших после семидесяти лет. И эти органы работают! Под здоровым образом жизни мы подразумеваем занятия спортом, отказ от употребления плохих напитков, некачественных продуктов и никотина. Периодически стоит обследоваться, чтобы знать, что у тебя болит, — хотя бы ходить к гинекологу и стоматологу. И не потому что вы решили стать донором после смерти, а потому что так должны жить цивилизованные люди.

Рекламная кампания «Конец одной линии — это начало другой», агентство Saatchi & Saatchi, Малайзия

4. Сколько у врачей есть времени после смерти человека на то, чтобы использовать его органы?

Смотрите так же:  Конструктивный спор по кратохвилу

Для того чтобы ответить на этот вопрос, нужно напомнить порядок констатации смерти. Есть действующая инструкция, согласно которой врач-реаниматолог по ряду признаков может установить диагноз «смерть мозга». Этот диагноз выносится на основании гибели головного мозга при работающем сердце и искусственной вентиляции легких. То есть все органы на той или иной медикаментозной поддержке работают. После констатации смерти головного мозга — для того чтобы диагноз был абсолютно точен и незыблем — существует период наблюдения: шесть часов. По истечении этого периода, конечно, если умерший расценивается как донор, начинается операции по изъятию органов. Если же умерший по каким-то причинам не расценивается как донор, поскольку у него, например, туберкулез или другие болезни, по причине которых использование его органов невозможно, аппарат искусственной вентиляции легких отключается.

Рекламная кампания «Верни кого-то к жизни», агентство Giovanni FCB, Бразилия

5. Существует ли какой-то срок хранения донорских органов?

Каждый донорский орган подвергается консервации. Его кровеносную систему промывают соответствующим раствором и помещают в холодную среду: в лед температурой +4 градуса. Срок сохранения каждого органа индивидуален: для почки это 24 часа, для печени — 12 часов, для сердца — максимум 6 часов, легких — 6 часов. Кишечник лучше пересаживать быстрее, поскольку этот орган наиболее чувствителен.

Рекламная кампания «Кто-то из этих двоих получит твои органы. Выбирать тебе», агентство Ampla, Бразилия

6. Как зафиксировать свое согласие стать посмертным донором?

Фиксировать свое согласие на донорство не нужно при наличии соответствующей презумпции, а она у нас в законе прописана. Это не единственный вариант в мировой практике: очень многие страны работают согласно презумпции согласия. Вообще, прижизненная фиксация отношения к посмертному донорству очень сложный вопрос, особенно в России, при ее обширных территориях, многочисленном населении и некотором безобразии в ведении документов. В малых странах, например в Латвии, люди изъявляют свое отношение к посмертному донорству таким образом: по достижении 18 лет, человек приходит в поликлинику, говорит, к примеру, о том, что не согласен быть донором. Это заносится в общую базу данных. Сделать это в огромной России значительно труднее — очень дорого и организационно сложно. К тому же я не представляю себе, как поднять массу народа на выражение своего согласия или несогласия. Во многих странах есть и такая практика: прежде чем начать процедуру забора органов у умершего, врачи должны испросить на это согласие родственников. И только в случае полной невозможности контактов с ними, врачи могут забирать органы по презумпции согласия. В России дела обстоят иначе: работники больницы, где констатирована смерть мозга, не обязаны никого ни о чем спрашивать. Они, конечно, обязаны сообщить родственникам, что пациент умер, но не должны спрашивать их согласие на изъятие органов для трансплантации. Впрочем, если родственники стоят под дверью реанимации, заранее изъявив свое несогласие на изъятие органов (даже если подобного заявления от умершего при жизни не поступало), то, безусловно, изъятие не происходит. То есть врачи никогда не идут на конфликт с родственниками. Поэтому в российской практике очень много случаев, когда очень перспективный в плане органов умерший отпадает именно по этой причине.

Рекламная кампания «Верни кого-то к жизни», агентство DDB Brasil, Бразилия

7. Что нужно сделать для того, чтобы быть уверенным, что после смерти ни в коем случае не станешь донором органов, и должно ли такое решение быть нотариально оформленным?

Каждый человек — и это записано в «Законе о трансплантации органов» — имеет право прижизненно высказать такое пожелание. Согласно действующим законодательным документам, его не нужно оформлять нотариально. Но, к сожалению, наш закон несовершенен, и интерпретировать его можно по-разному: сейчас мы вместе с Министерством здравоохранения работаем над изменением законодательства. Самый ключевой вопрос: как именно фиксировать отказ от донорства?

Рекламная кампания «Если у тебя доброе сердце, оно точно способно помочь», агентство Fischer América Rio Comunicação, Бразилия

8. Если я готов стать донором, могу ли я получить какой-то особый статус? Дает ли мне это какие-то льготы, как донорам крови?

Не дает, и эта практика общемировая.

Рекламная кампания «Завещай свои органы и подари кому-то возможность жить», агентство JWT Shanghai, Китай

9. Как человек может быть уверен в том, что его органы достанутся тем, кто в них более всего нуждается, а не тем, кто предлагает больше денег?

Дело в том, что в настоящее время все трансплантационные вмешательства в России выполняются за счет бюджета: либо федерального, либо регионального. И если человек приходит с просьбой пересадить почку и говорит, что «оплатит всю стоимость операции», то на это есть одно возражение: зачем тратить собственные деньги, если можно получить квоту на трансплантацию?! И если в качестве контраргумента прозвучит: «Не хочу ждать квоту, хочу завтра», — то такое «ускорение» не случится. Существует лист ожидания на трансплантацию органов, в котором пациенты стоят годами, и выполнение трансплантации вне очереди и за деньги — это крупное нарушение со стороны медицинского учреждения, которое не может остаться безнаказанным.

Рекламная кампания «Спасательный круг», агентство Motiva Beaumont Bennett, Испания

10. Можно ли отдать свои органы конкретному человеку?

Да. Существует понятие «прижизненного донорства», которое в нашей стране ограничено родственными связями. Согласно нашему закону, прижизненный донор должен быть родственником реципиента — в любом колене, но с доказанным родством. То есть не муж тети, а именно тетя. Подтверждающие родственную связь документы отдаются главному врачу медицинского учреждения, и человек обследуется в качестве потенциального прижизненного донора. Так что, если вы хотите помочь человеку, нуждающемуся в трансплантации печени, вы можете это сделать прижизненно, и это должна быть родственная трансплантация органов.

Рекламная кампания «Утилизируй себя», агентство Panda Communication, Чили

11. Подойдут ли донорские органы любому человеку или на это как-то может повлиять, скажем, группа крови донора?

Конечно, при распределении органов учитываются различные факторы — группа крови, наличие антигенного профиля. Бывают и нестандартные ситуации. Например, если у родителей с третьей и второй группами крови рождается ребенок с первой группой крови. Эти группы несовместимы, но, согласно общемировой практике, при отсутствии антигрупповых антител у ребенка, эту трансплантацию делать можно, в особенности, если у ребенка и родственного донора идет совпадение по трем из шести антигенов.

Рекламная кампания «Лист ожидания: если бы тебе понадобился орган для пересадки, твое имя было бы здесь», агентство Young & Rubicam Brasil, Бразилия

12. Могут ли органы взрослого человека быть пересажены маленькому ребенку?

В зависимости от того, насколько мал ребенок: где-то с года, с веса около восьми-десяти килограммов, ребенку можно пересаживать взрослую почку. Мы испытываем большой дефицит органов для маленьких детей — почки младенцев практически не используются в трансплантологии, поскольку они очень плохо переносят консервацию и перфузию. Вообще до определенного момента трансплантация органов детям была на нуле: пересаживались только лишь взрослые почки подросткам от семи лет, когда антропометрические размеры уже позволяли. В 1997-м году мы впервые сделали трансплантацию печени годовалому ребенку, взяв часть печени от его матери. Сейчас мы делаем до шестидесяти трансплантаций младенцам ежегодно: на днях к нам поступит двухмесячный пациент, трехмесячного ребенка мы уже оперировали. Пересадку части взрослой печени мы сейчас можем провести ребенку весом от трех килограммов; что же касается пересадки взрослого сердца и легких детям, то это, увы, невозможно, по причине несоответствия размеров.

Рекламная кампания «Когда ты ложишься в могилу со своими органами, ты забираешь кого-то с собой», агентство Adote, Бразилия

13. Могут ли для трансплантологии использоваться органы умерших несовершеннолетних?

Как известно, в России, в отличие от большинства других стран, пока нет посмертного детского донорства. Мы не имеем права использовать органы умерших от нуля до восемнадцати лет. Закон это не запрещает, но у нас нет инструкции по констатации смерти мозга у детей.

Рекламная кампания «У нас недостаточно доноров. В 2004 году 2048 человек нуждались в трансплантации органов. Только 736 получили их. Хотите стать донором?», агентство Duval Guillaume, Бельгия

14. Имеет ли какое-то значение пол донора?

Рекламная кампания «Здесь не важны раса, вероисповедание, возраст или пол», агентство Ogilvy & Mather, Индия

15. Можно ли завещать свои органы для научных экспериментов?

Да. Когда человек пишет завещание, он может специально указать, что завещает свои органы науке.

Рекламная кампания «Возможно, стать донором органов — это твой единственный шанс оказаться в ней», агентство Duval Guillaume, Бельгия

16. Можно ли завещать свои органы человеку, живущему в другой стране?

Вы хотите сказать, что ваш, например, родственник стоит в листе ожидания в США и ему везут вашу печень из России? Таких случаев пока не было, поскольку в этом нет никакого практического смысла.

Рекламная кампания «Получи шанс выбраться из ада бесплатно. Просто поставь свою подпись на карточке добровольного донора», агентство BVK/McDonald Inc., США

Смотрите так же:  Приказ 600 росатом

17. Существует ли какая-то всемирная база данных, куда человек, пожелавший стать донором после смерти, может быть занесен?

Всемирной базы нет, но есть трансплантационные регистры, куда каждая страна вносит данные по пересадкам. Например, есть регистры европейского и американского обществ трансплантологии, и с некоторых пор мы, как головное учреждение в области трансплантологии, собираем данные со всей России и отправляем их. Раньше же на месте российских данных был прочерк.

Рекламная кампания «Не выбрасывай свое тело», агентство Access, США

18. Может ли человек рассчитывать на выполнение трансплантации, в которой нуждается сам, в особом порядке, если до этого он изъявил согласие стать донором?

Не может. Но это вопрос идеологический. Прежде всего, потому что люди, не допускающие мысли о том, что они могут быть донорами, тоже нуждаются в пересадке органов. В этом случае мы имеем дело с конфликтом интересов: человек не хочет поддержать общество в вопросах донорства, но ему необходим орган из этого же общества. На этом конфликте базируется жесточайший дефицит донорских органов в России: население не готово к принятию персональных решений, многие считают, что если сегодня ты во всеуслышание скажешь о том, что не возражаешь против того, чтобы стать посмертно донором, тебя завтра же разберут на органы. Такого отношения к донорству нет, например, в Испании, но сходная проблема наблюдается в США, где изъятие органов делается с согласия родственников умершего и где самое большое количество посмертных доноров приходится на белое население, родственники умерших афроамериканцев дают согласие крайне редко.

Рекламная кампания «Подари сердце», агентство Giovanni FCB, Бразилия

Как завещать свои органы для трансплантации?

Хочу завещать свои органы нуждающимся в трансплонтации и просто медицинских учереждений. Много к кому обратился и в конце меня решили отправить к юристу для выяснения этого вопроса.

Ответы юристов (2)

Вы вправе у нотариуса составить такой документ, на основании которого в вашу медицинскую карту внесут соответствующую информацию.

(см. части 6 и 9 статьи 47 Федерального закона от 21.11.2013 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»).​

То, что Вы хотите сделать называется Трансплантация (пересадка) органов и (или) тканей человека.

Согласно положениям Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ (ред. от 03.07.2016) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ч. 6 ст. 47)

Совершеннолетний дееспособный гражданин может в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме, заверенной руководителем медицинской организации либо нотариально, выразить свое волеизъявление о согласии или о несогласии на изъятие органов и тканей из своего тела после смерти для трансплантации (пересадки) в порядке, установленном

Мы предполагаем, что изъятие органов и (или) тканей у трупа допустимо, если клинике на момент изъятия известно, что при жизни данное лицо либо его близкие родственники заявили о своем согласии на изъятие его тканей и (или) органов после смерти для пересадки рецепиенту.

Ищете ответ?
Спросить юриста проще!

Задайте вопрос нашим юристам — это намного быстрее, чем искать решение.

Донорство органов после смерти: как будут меняться российские законы

На прошлой неделе Конституционный суд РФ в очередной раз признал, что презумпция согласия на посмертное донорство, то есть предполагаемая готовность каждого совершеннолетнего россиянина стать потенциальным донором органов, не нарушает права граждан.

Если человек при жизни не заявил, что не хочет, чтобы его органы использовались для трансплантации, а после смерти этого не сделали родственники, считается, что умерший был согласен стать донором. При этом в России до сих пор не существует единого регистра, где хранилась бы информация о согласии или несогласии пациентов стать донорами. Можно заявить о своей воле устно в присутствии свидетелей или в письменной форме (тогда нужно заверить документ у нотариуса или руководителя больницы). Но неясно, эффективна ли такая система. Кроме того, врачи сетуют, что почти никто не понимает, что такое смерть мозга, и мнение, что органы забирают у еще живых пациентов, не такая уж редкость.

Не лучше ли ввести в России практику испрошенного согласия, чтобы донором мог стать только тот, кто заявил о своем желании? Почему отказывать в пересадке органов тем, кто сам не хочет быть потенциальным донором неэтично? Что такое смерть мозга и как ее диагностируют?

— Презумпция согласия — это звучит страшно. Значит ли это, что тело после смерти человеку уже не принадлежит?

Презумпция согласия — нормальная практика, есть во многих странах, в прошлом году ее ввели в Великобритании. При этом презумпция согласия и информированное согласие одинаковы по своей гуманности. С точки зрения этики важно, чтобы взрослый человек сам принимал решение о донорстве.

— Могут ли родственники вмешаться?

В России у родственников есть право сообщить о своем несогласии на изъятие органов умершего близкого человека. Закон не обязывает врачей спрашивать об этом у родственников, но и не запрещает, поэтому как поступит врач — дело личной этики.

— Случаи злоупотребления презумпцией согласия есть?

Улучшить действующее законодательство Конституционный суд призвал еще в 2003 году после скандальной истории в Саратовской области. Тогда врачи областной больницы не сумели сказать матери о смерти сына, она сидела у его постели, и чтобы изъять органы, они забрали тело под предлогом проведения исследований. Конституционный суд подтвердил, что презумпция согласия не нарушает права граждан, но практика применения нуждается в уточнении. Этого до сих пор не произошло.

— Что делают, чтобы это больше не повторилось?

Несколько лет назад Минздрав представил законопроект «О донорстве органов, частей органов человека и их трансплантации (пересадке)». Если он наконец будет принят, врачей обяжут попытаться связаться с родственниками, чтобы сообщить им о смерти близкого человека. Но, боюсь, врачи, которые хотят избежать разговора с родственниками, легко обойдут этот пункт. Например, мать сидит у постели больного, а ей звонят на домашний телефон. А в случае возникновения судебных разбирательств недобросовестный врач скажет, что на спине женщины, которая у постели сидит, не написано, что она мама. Вот такие вещи могут быть, понимаете?

Самое важное, что есть в последней редакции законопроекта, — создание процедуры, которая позволит при жизни зафиксировать волю человека, как поступать с его органами после смерти. Ходили слухи, что планируется создать базы людей, которые отказались от донорства, и кто-то даже предлагал отказывать таким пациентам в трансплантации. Это, конечно же, глупость и нарушение прав человека, нужно проследить, чтобы ничего такого в новом законе не появилось. Волеизъявление в отношении посмертного донорства должно быть свободным от любого давления, иначе такую практику нельзя считать этичной.

— Много ли людей в России готовы завещать свои органы? Как вообще такое может в голову прийти?

Опросы в России показывают, что тех, кто согласен стать донором после смерти, не меньше 20 процентов. Я сам хочу, чтобы мои органы использовали после смерти. И моя точка зрения основана на гуманных соображениях — я вижу, как плохо людям, которым нужна трансплантация, в листе ожидания несколько десятков тысяч человек. И когда органы больше не смогут мне служить, я готов ими поделиться с теми, кто в них нуждается. В западной литературе это называется «последний дар», последний подарок, который человек может сделать кому-то.

— В России и за рубежом количество трансплантаций похоже или отличается?

Ежегодно в России выполняется около 1000 трансплантаций почки. И это сравнимо с данными западных стран в плане пропорций: количество ожидающих и количество выполняемых трансплантаций.

— Мы знаем по сериалам, что после клинической смерти жизнь человека поддерживают в реанимации, пока родственники принимают решение о своем согласии на передачу органов. Разве это гуманно? Ведь если человек дышит — он жив.

— Смерть мозга полностью эквивалентна смерти человека. Это было доказано более 50 лет назад и сейчас принято во всем мире. Современный уровень медицины позволяет пересадить или заменить механически почти любой орган — сердце, легкие, печень или почки. Если же разрушился и погиб мозг, его никак нельзя заменить. Это значит, что человек как личность безвозвратно погиб. Разница между обычной биологической смертью и смертью мозга только в наличии сердцебиения. Все остальные клинические признаки совпадают: отсутствуют дыхание, стволовые рефлексы и мышечный тонус, расширены зрачки. Смерть мозга может произойти исключительно в реанимации, когда есть возможность искусственно поддерживать функции сердца, легких. Если не проводить интенсивную терапию, то с гибелью мозга остановится и сердце.

Прямой связи между констатацией смерти мозга и трансплантацией органов нет. Человек умирает вне зависимости от того, будет он донором или не будет. Чтобы диагностировать смерть мозга, собирается консилиум, в него обязательно входят реаниматолог и невролог, минимум два врача. С 1 января действует обновленный порядок констатации смерти мозга. Требования к процессу диагностики одни из самых строгих в мире. Нужно знать историю болезни, провести компьютерную томографию, анализы на содержание токсических веществ, препаратов, которые могут угнетать сознание. После этого наблюдать за пациентом минимум шесть часов. Это все заносится в специальный протокол, который подписывают несколько врачей. В сложных случаях для подтверждения смерти мозга проводят ЭЭГ и ангиографию, чтобы определить прекращение электрической активности мозга и мозгового кровотока (установлено, если кровь не поступает более получаса, мозг погибает). Чаще чем в 50% случаев при смерти мозга наблюдается так называемый спинальный автоматизм — движения руками или ногами. Это рефлексы замыкаются на уровне спинного мозга, его активность повышается, когда головной мозг перестает функционировать и оказывать тормозное влияние. В таких случаях проводят дополнительные проверки.

Смотрите так же:  Самая дешевая страховка на шенген

Отсутствие самостоятельного дыхания — один из главных признаков смерти мозга. В реанимации многим пациентам в тяжелом состоянии проводится так называемая искусственная вентиляция легких (ИВЛ), когда за человека дышит аппарат. Поэтому во время диагностики смерти мозга в присутствии членов консилиума пациента на какое-то время отключают от аппарата искусственной вентиляции и смотрят — не появляется ли дыхание. Все проводится по специальной, безопасной для больного процедуре, и если в течение определенного законом времени дыхания нет, значит, дыхательный центр погиб и никогда не восстановится.

Слово «донорство» происходит от латинского donare, в переводе означает «дар», «дарить», «жертвовать». С донорством органов связано множество страхов и мифов: что только не приходит в голову некоторым людям при упоминании этого словосочетания, хотя по сути в развитом обществе должна быть единственная ассоциация — спасение человеческих жизней.

В России сегодня делают лишь 10 процентов трансплантаций донорских органов от необходимого количества этих операций. Конечно, свою роль в этом играет и пока недостаточно широкое развитие самой системы донорства и трансплантации. Однако даже совершенные системы такого вида помощи не могут существовать без поддержки общества в вопросах донорства органов. Речь идет о представлениях жителей страны о донорстве органов, о культурных традициях относительно возможности изъятия и использования донорских органов, о готовности каждого человека «подарить часть себя».

Даже те люди, которые в целом положительно относятся к трансплантации, высказывают некоторые сомнения, когда речь заходит о том, чтобы выразить согласие стать посмертным донором. Существуют опасения, что информация о согласии на использование органов может быть использована в недобросовестных целях и поставить под угрозу жизнь возможного донора. Пугает такая гипотетическая ситуация, в которой врачи, зная о согласии стать донором, не будут в критический момент пытаться спасти жизнь. Аналогичные опасения возникают у людей, когда речь идет о возможности посмертного донорства органов их родных и близких. Кроме этого, людям зачастую кажется кощунственной сама идея, что органы любимого родственника могут быть отданы другому. Это страх, сравнимый с каким-то мистическим преклонением перед целостностью тела после смерти.

Несмотря на то что слухи о том, что людей «разбирают на органы», очень распространены, в них нет ничего общего с действительностью. По словам Сергея Готье, главного внештатного трансплантолога Минздрава РФ и директора ЦТИИО им. Шумакова, не было установлено ни одного случая незаконного изъятия донорских органов на территории России, а рассказы о торговле органами представляют собой миф, который подпитывается криминальными сериалами и детективами, далекими от правдоподобности. Такого рода операции можно проводить только в специализированных клиниках, где имеется не только полный набор необходимого, сложного оборудования, но и квалифицированные специалисты. А это, как вы понимаете, «штучный товар».

Само изъятие органов возможно только после констатации смерти и при отсутствии юридических и медицинских противопоказаний. «Сегодня по определению Всемирной организации здравоохранения смертью считается необратимая деструкция, разрушение, или дисфункция критических систем организма, то есть незаменимых на данном этапе развития медицины», — говорит заведующая кафедрой философии образования философского факультета МГУ, специалист по философским проблемам биологии и медицины Елена Брызгалина. На сегодняшний день это мозг, поэтому ставится знак равенства между смертью мозга и смертью человека.

У человека со смертью мозга кровообращение, дыхание и другие процессы могут поддерживаться еще какое-то время. Они могут восприниматься родственниками как признаки жизни, и тогда возникает вопрос — не поспешили ли врачи признать пациента умершим, действительно ли приложили все усилия для спасения жизни, не отключают ли его от аппаратов жизнеобеспечения именно с целью забора органов?

«Этого никогда не случится, потому что основная задача нашей медицины — это оказывать помощь до последнего шанса каждому пациенту, находящемуся в реанимации», — комментирует помощник министра здравоохранения РФ Ляля Габбасова. Для того чтобы определить, действительно ли имеет место смерть мозга, существует сложная процедура ее констатации. Она занимает длительное время, проводятся клинические тесты, устанавливаются причины, исключаются метаболические и эндокринные комы. Существует множество критериев, и состояние пациента должно всем им удовлетворять. Участвуют в констатации комиссия врачей, включая реаниматолога, невролога и других специалистов. Сами трансплантологи к процедуре подтверждения смерти мозга не допускаются.

Посмертный донор обязательно подвергается клиническому обследованию для комплексной оценки состояния всех органов, факторов риска, выявления противопоказаний к донорству и получения данных, необходимых для последующего использования при подборе реципиента. Параллельно запускается процедура, предназначенная для сохранности органов и тканей, которую невозможно осуществлять без специального оборудования и высококвалифицированных специалистов. Сама трансплантация производится только в специализированных учреждениях, работа которых жестко регламентирована и контролируема. А ведь есть еще процесс хранения и транспортировки донорских органов.

Таким образом, в обеспечении донорским органом одного человека участвует 30-50 специалистов. Поэтому разговоры об организации врачебных сговоров, предумышленных преступлениях с целью забора почек, организации подпольных кабинетов по пересадке органов не имеют под собой никаких практических оснований, так как физически не возможно держать в тайне столь ресурсоемкий процесс.

Отдельно необходимо коснуться предубеждений по вопросам организации купли-продажи органов либо подкупа лиц, принимающих решения о трансплантации.

В России купля-продажа органов запрещена законом, как и во всем мире. Трансплантация органов оказывается в рамках высокотехнологичной медицинской помощи и оплачивается за счет средств государства, поэтому для пациента эта помощь бесплатна.

Если говорить о прижизненном донорстве — то такие операции, согласно законодательству, возможны только на добровольной (безвозмездной) основе и только в случае генетического родства донора и реципиента. Данное ограничение позволяет сократить круг возможных злоупотреблений по использованию органов от живых доноров. Объявления о продаже и покупке почек и других органов является не чем иным, как попыткой выманить деньги из доверчивых людей. Естественно, это мошенничество не доходит до реального изъятия органов.

Что касается влияния на решение предоставления донорского органа реципиенту — здесь нужно понимать, как происходит его выбор. Пациенты, ожидающие донорский орган, занесены в лист ожидания информационной системы. Про появлении донора проверяется несколько параметров — это и совместимость, и критерий экстренности ситуации, и длительность ожидания органа. Таким образом компьютер подбирает «идеального» реципиента, и сотрудник не имеет влияния на этот выбор. Этот процесс так же контролируется, и какие-либо манипуляции абсолютно исключены.

Волнующее людей отношение религиозных институтов к посмертному донорству тоже известно. В основах социальной концепции Русской православной церкви говорится, что «посмертное донорство органов и тканей может стать проявлением любви, простирающейся и по ту сторону смерти». Однако донорство не может считаться обязанностью человека, поэтому врачам необходимо выяснить волю умирающего или умершего человека, обратившись при необходимости к его родственникам. Представители ислама, католицизма и буддизма также не имеют возражений против трансплантации. В Испании, например, у входа в храмы можно увидеть надписи: «Не берите органы с собой на небо. Там они вам не понадобятся, а здесь спасут чью-то жизнь». Сегодня эта страна — один из мировых лидеров в области донорства и трансплантации.

В России количество трансплантаций растет, если в 2006 году было сделано 662 операции, то в 2015-м этот показатель уже приблизился к 1500. При этом количество операций по пересадке печени выросло в 7,6 раза, с 43 до 325, а по трансплантации сердца — с 11 до 179 операций в год, то есть в 16,3 раза. Минздрав России планирует регулярно проводить информирование населения для повышения осведомленности, преодоления страхов и формирования в обществе положительного отношения к донорству органов. Также разработан законопроект, в котором определены все шаги, связанные с процессом донорства и трансплантации, механизмами волеизъявления.

Организация помощи населению в виде пересадки органов базируется как на чисто профессиональных возможностях того или иного учреждения, так и на этических положениях, отмечает Сергей Готье. Каждый человек в своей жизни может оказаться как донором, так и реципиентом. И вот от того, как общество будет относиться к собственным гражданам, которым нужна трансплантация по жизненным показаниям, зависит прогресс в этой области.