Меню Закрыть

Апелляционная жалоба на постановление о продлении содержания под стражей

Адвокаты Москвы

Свяжитесь с нами

Апелляционная жалоба на постановление о продлении срока содержания под стражей (образец)

В Московский городской суд

г. Москва, Богородский вал, д. 8.

Через _ районный суд

От защитника: адвоката ФИО2

В интересах обвиняемого ФИО1

(находится в ФКУ СИЗО-_ УФСИН России по г. Москве)

Жалоба на постановление о продлении ареста по уголовному делу (ст.ст. 105, 159 УК РФ)

В Судебную коллегию по уголовным делам Мосгорсуда

От адвоката Кузнецова Сергея Николаевича в

интересах следственно- арестованного ————————

на постановление Черемушкинского районного суда г. Москвы от 19 мая 2014 года о продлении срока содержания под стражей

Постановлением Черемушкинского районного суда г. Москвы от 19 мая 2014 года срок содержания под стражей в отношении следственного- арестованного ——————————— продлен до 20 июля 2014 года.

При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, продлении срока содержания под стражей, в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

В силу положений части 2 статьи 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня в порядке, установленном частью третьей статьи 108 настоящего Кодекса, на срок до 6 месяцев.

Мера пресечения в виде ареста в отношении ——————избрана, как подозреваемого, 05 февраля 2014 года. В качестве основания избрания данной меры пресечения указано на то, что ————- подозревается в совершении, как тяжких преступлений (двух эпизодов по части 4 статьи 159 УК РФ), так и в совершении особо тяжкого преступления против жизни и здоровья, наказание за совершение которого предусмотрено частью 1 статьи 105 УК РФ (л.д. 39).

После избрания меры пресечения в виде ареста, 12 февраля 2014 года (л.д. 42- 47), ————- предъявлено обвинение по двум эпизодам мошенничества, совершенного в особо крупном размере, то есть по части 4 статьи 159 УК РФ, одно из которых, как неоконченное (часть 3 ст. 30 УК РФ). Доказательств причастности ———- к совершению преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, не имелось, ими органы предварительного следствия не располагают. На момент продления срока содержания под стражей 19 мая 2014 года обвинение не изменилось, более того, органы предварительного расследования планируют выделить материалы по части 1 статьи 105 УК РФ для расследования в отдельное производство в отношении неустановленного лица.

В качестве основания продления срока содержания под стражей в отношении ————- должностным лицом, заявившем ходатайство о продлении срока содержания под стражей указано, что ——— обвиняется в совершении преступлений, относящихся в тяжким, до своего задержания нигде не работал, следовательно может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного следствия, угрожать свидетелям, потерпевшим или иным образом воспрепятствовать предварительному расследованию.

Вместе с тем, сторона защиты возражала против удовлетворения ходатайства о продлении срока содержания под стражей, заявив, что при избрании меры пресечения основным мотивом для суда послужило то обстоятельство, что ——— подозревался в совершении особо тяжкого, насильственного преступления против жизни человека (часть 1 статьи 105 УК РФ), однако в настоящее время данное подозрение не подтвердилось, доказательствами причастности к данному преступлению Дибирова, следствие не располагает. В то же время, ————-. является гражданином РФ, постоянно зарегистрирован и проживает в г. Москве, женат, имеет высшее образование, ранее не судим, обвиняется в совершении двух эпизодов ненасильственных преступлений, одно из которых неоконченное.

Основания и доводы, указанные должностным лицом, направившим ходатайство о продлении срока содержания под стражей, озвученные в судебном заседании прокурором, поддержаны Черемушкинским районным судом г. Москвы при принятии обжалуемого постановления.

В силу разъяснений Пленума ВС РФ, содержащихся в Постановлении от 19.12.2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», в решениях об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения и о продлении срока содержания под стражей должно быть указано, почему в отношении лица не может быть применена более мягкая мера пресечения, приведены результаты исследования в судебном заседании конкретных обстоятельств, обосновывающих избрание данной меры пресечения или продление срока ее действия, доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств, а также оценка судом этих обстоятельств и доказательств с изложением мотивов принятого решения.

При продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных статьей 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами. Кроме того, суду надлежит учитывать обстоятельства, указанные в статье 99 УПК РФ, и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу. При этом следует иметь в виду, что обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей.

Наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории является необходимым условием законности при первоначальном заключении его под стражу, однако по истечении времени оно перестает быть достаточным. Суду надлежит установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей.

На первоначальных этапах производства по уголовному делу тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от дознания, предварительного следствия. Тем не менее в дальнейшем одни только эти обстоятельства не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения.

Наличие у лица возможности воспрепятствовать производству по уголовному делу на начальных этапах предварительного расследования может служить основанием для решения о содержании обвиняемого под стражей. Однако впоследствии суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, такие, как результаты расследования или судебного разбирательства, личность подозреваемого, обвиняемого, его поведение до и после задержания, и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств, или оказать давление на участников уголовного судопроизводства либо иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде.

Учитывая изложенное считаю, что в суд, по истечении более чем 3-х месяцев, не было представлено доказательств (фактических данных), обосновывающих доводы, что —————- может скрыться от органов следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, воспрепятствовать расследованию. Считаю, что сама по себе тяжесть преступлений, в которых обвиняется ———-, а также отсутствие, по мнению следствия, официальной работы, сами по себе не являются на данном этапе расследования достаточными основаниями для продления в отношении Дибирова срока содержания под стражей. Более того, самим ————— и защитой предлагалось изменить меру пресечения на иную, не связанную с лишением свободы, например, домашний арест.

На основании указанного выше, в соответствии со ст.ст. 389.1., 389.20. УК РФ,

Постановление Черемушкинского районного суда г. Москвы от 19 мая 2014 года, на основании которого срок содержания под стражей в отношении следственного- арестованного ———————— продлен до 20 июля 2014 года- отменить и вынести новое решение об отказе в продлении срока содержания под стражей.

Жалоба на постановление о продлении срока содержания под стражей

В Судебную коллегию по уголовным делам
Апелляционной инстанции
Московского городского суда
от обвиняемого по уголовному делу
№ 201/353810-10
Горячева Ильи Витальевича,
30.05.1982 года рождения

Постановлением Басманного районного суда г. Москвы о продлении срока содержания под стражей от 3 апреля 2014 года мне, Горячеву Илье Витальевичу, была продлена мера пресечения в виде содержания под стражей. Считаю, что постановление об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей вынесено Басманным районным судом г. Москвы мне незаконно, необоснованно, с нарушением ст. 108 УПК РФ и нарушает мои права.

В соответствии со ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. При этом в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда, должны быть не только обоснованными, но и мотивированными. В данном же случае мотивация основывается на подложных документах, предоставленных суду следствием. В частности, утверждение будто бы я скрывался от следствия базируется на служебной записке полковника УЗКС 2-й Службы ФСБ РФ Шаменкова В.В. генерал-майору юстиции Краснову И.В., где утверждается, что я покинул территорию РФ в октябре 2010 года нелегально с поддельными документами.

В действительности, я выехал с территории РФ в конце ноября 2010 года через российско-белорусскую границу. На последнем перед границей посту российского ДПС я с товарищами был задержан (неформально) сотрудниками 3-го отдела УЗКС 2-й Службы ФСБ РФ во главе с начальником отдела на тот момент полковником Шаменковым В.В., и после продолжительной неформальной беседы мы были отпущены и продолжили следование в г. Минск. Данные сведения могут подтвердить товарищи, сопровождавшие меня — Валяев Евгений Юрьевич, 1987 г.р. и Лапшин Сергей Андреевич, 1987 г.р.
Также тезис об использовании мною поддельных документов опровергает и изъятый у меня о прибытии в Россию 8 ноября 2013 года в ходе экстрадиции из Республики Сербия российский заграничный паспорт, который получил в надлежащих органах ФМС в июле 2010 года в Москве.

В данном паспорте содержатся все штампы о пересеченных мною границах, годовая шенгенская мультивиза, выданная венгерским посольством в Белграде, 3 годовых вида на жительство в Республике Сербия. Однако данный паспорт, находящийся в руках следствия, почему-то не был исследован и предъявлен суду. Также в руках следствия находятся две моих журналистских аккредитации — как иностранного корреспондента в Сербии и при правительстве Республики Сербской в Боснии, выданная пресс-службой президента Республики Милорада Додика. Эти бумаги следствие также не предоставляет суду, т.к. они разрушают их версию — будто бы я скрывался.

Помимо вышеупомянутой служебной записки, суду предоставлены повестки на допрос, которые якобы вручал моей матери, Никифоровой Наталье Владимировне 1958 г.р., оперативник 7-го отдела УЗКС 2-й Службы ФСБ РФ капитан Клевцов. Однако моя мать отрицает факты встреч и каких бы то ни было иных контактов с капитаном Клевцовым, это подтверждается и отсутствием ее подписи на данных повестках — на всех повестках капитаном Клевцовым написано, что Никифорова Н.В. отказалась получать повестки и расписываться за них. При этом сотрудники ФСБ при желании легко могли связаться со мной через интернет — например, через мой открытый аккаунт, зарегистрированный на меня в Фейсбуке, но не сделали этого. Нельзя сказать, что они не знали о нем, т.к. в июне 2013 года, уже после моего задержания в Сербии, данный аккаунт бы взломан сотрудниками УЗКС, они вели от моего лица переписку с моими знакомыми с целью моей дискредитации, после же использовали написанное ими же от моего имени как медиаповод для публикаций, дискредитирующих меня в газете «Известия» и в «Новой газете».

Смотрите так же:  Сайт мировой суд ленинского района

Могли сотрудники ФСБ и связаться со мною по моему сербскому номеру телефона, тот факт, что он был им знаком и прослушивался (входящие и исходящие звонки на него в Россию) без соответствующего решения суда подтверждается публикацией от ноября 2012 года в «Новой Газете» под заголовком «лучше деньги верните», где содержались конфиденциальные сведения, полученные путем нелегальной «прослушки», в том числе моего сербского номера телефона.

Помимо вышеуказанных сфальсифицированных документов, суду была представлена справка о якобы пройденном мною медосмотре в СИЗО «Бутырка» 31 марта, в соответствии с которой состояние моего здоровья признано удовлетворительным. Никакого обследования я в СИЗО «Бутырка» не проходил ни 31 марта, ни в другие дни. Единственный медосмотр я проходил после экстрадиции в Россию, 11 ноября 2013 года, в СИЗО «Лефортово», вынесенный вердикт звучал как «почти здоров». В СИЗО «Бутырка» я в письменной форме жаловался на головные боли и кровотечение из носа 17 февраля 2014 года. А единственный документ, полученный мною в СИЗО «Бутырка» от медчасти — это справка о вскрытии вен на обеих руках 22 января 2014 года, приобщенная к материалам дела.

При этом в постановлении Басманного районного суда г. Москвы о продлении срока содержания под стражей от 3 апреля 2014 года использована формулировка «В начале 2014 года на Горячева И.В. в СИЗО оказывалось давление со стороны неустановленных лиц. В связи с чем, он предпринял попытку суицида». Я категорически не согласен с данной формулировкой. 19 декабря 2013 года в здании Следственного комитета после моей очной ставки с Тихоновым Н.А., генерал-майор юстиции Краснов И.В. в беседе с моими защитниками Полозовым Н.Н. и Фейгиным М.З. пригрозил, что если я и далее буду отказываться признать свою вину, то «Мы вашего Горячева под лавку на Бутырке загоним» — прямая речь генерал-майора Краснова И.В.

Мне данную угрозу повторил в микроавтобусе по дороге из Следственного комитета в СИЗО «Лефотово» в тот же день неустановленный оперативник УЗКС 2-й Службы ФСБ РФ. 15 января 2014 года генерал-майор юстиции Краснов И.В. подписал решение о моем переводе из СИЗО «Лефотово» в СИЗО «Бутырка». 18 января 2014 года меня доставили в СИЗО «Бутырка», а вечером 21 января меня поместили в так называемую «пресс-хату» с контингентом из жителей закавказских и среднеазиатских государств, а также россиян-выходцев с Северного Кавказа, которые заранее были мотивированы оказывать на меня разного рода давление с целью создания «невыносимых условий жизни в этой камере», — это цитата. В 6 утра сознавая угрозу своей части и достоинству я, с целью покинуть эту камеру, нанес себе 9 резаных ран лезвием от бритвы «Жилетт» на правой и левой руке.

В дальнейшем, я дважды объяснял свои действия психологам СИЗО «Бутырка», писал объяснение для администрации, рассказывал правозащитникам из Общественной наблюдательной комиссии, психиатру и институте им. Сербского в ходе экспертизы 19 февраля 2014 года, специальной комиссии СИЗО «Бутырка» 30 января 2014 года. Все они, выслушав меня, соглашались, что это был единственный возможный выход из той, искусственно сконструированной ситуации и прекрасно понимали, что никаких суицидальных мотивов у меня не было.

В ходе судебного заседания 3 апреля 2014 года прокурор Лосева И.Н. заявила, что по вышеописанной мною ситуации проводилась служебная проверка. Даже если это правда, то данная проверка проводилась чисто формально на бумаге, по крайней мере, со мной никто из каких бы то ни было проверяющих структур не общался.

Я участвую во всех следственных действиях, не имею взысканий администрации СИЗО. Таким образом, доводы следствия, принятые судом, не отвечают фактическим обстоятельствам, имевшим место и являются надуманными, более того, сфальсифицированными, что я подробно и разобрал выше.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 постановления Пленума Верховного суда РФ от 10 октября 2003 года «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», следует учитывать, что наличие обоснованного подозрения в том, что заключенное под стражу лицо совершило преступление, не может оставаться единственным основанием для продолжительного содержания под стражей. Должны существовать и иные реальные и обоснованные обстоятельства, которые могли бы оправдать изоляцию лица от общества. Суды должны указывать конкретные обстоятельства, оправдывающие продление сроков содержания под стражей, а также доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств.

Тяжесть предъявленных обвинений или тяжесть приговора не могут сами по себе оправдывать длительного досудебного содержания под стражей (Решение Европейского суда по правам человека по делу Старокадомский против РФ от 31.07.2008 г.). А я содержусь под стражей с момента задержания в Сербии 8 мая 2013 года вот уже полных 11 месяцев.

В соответствии с решением Европейского суда по правам человека от 12 июля 2008 года по делу «Макаров против России», «наличие обоснованного подозрения в том, что задержанный совершил преступление, является определяющим условием законности содержания стражей. Однако по прошествии времени оно перестает быть достаточным. Суд должен в этом случае установить, оправдывает ли продолжение лишения свободы другие основания, приведенные судебными органами. Если такие основания являются относительными и «достаточными», Европейский суд должен убедиться также, что национальные власти проявили «особую тщательность» в проведении разбирательства (см. Постановление Большой палаты по делу «Лобита против Италии» (Lobiti v Italy), жалоба № 26772/95, параграфы 152 и 153, ECHR 2000-IV).

Существует презумпция в пользу освобождения. Как неоднократно указывал Европейский суд, вторая часть пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и его основных свобод не дает судебным органам возможности выбора между доставкой обвиняемого к судье в течение разумного срока или его освобождением до суда. До признания его виновным, обвиняемый должен считаться невиновным. Лицо, обвиняемое в преступлении, должно всегда освобождаться до суда, если государство — ответчик не продемонстрирует, что имеются «относимые» и «достаточные» причины, оправдывающие продолжение содержания его под стражей (см. в частности Постановление Европейского суда от 13 марта 2007 года по делу «Кастравец против Молдавии»).

Также Басманный районный суд в решении от 3 апреля 2014 года о продлении срока содержания под стражей не обосновал соответствие решения о продлении срока содержания под стражей конституционно оправданным целям.

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, изложенной в постановлении от 22.03.2005 № 4-П, основания как для избрания, так и продления меры пресечения в виде заключения под стражу должны соответствовать основаниям ограничения прав и свобод человека, указанным части 3 статьи 55 Конституции РФ.

Конституционный суд РФ в определении от 30.09.2004 года № 300-0 указал, что суд может принимать решение о продлении срока содержания под стражей только с учетом того, подтверждаются ли достаточными данными законные основания применения данной меры пресечения. Именно на суде лежит обязанность оценки достаточности имеющихся в деле материалов для принятия законного и обоснованного решения.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей, в каждом конкретном случае суд должен обосновывать соответствие этого решения конституционно оправданным целям. Однако в обжалуемом судебном решении не содержится указаний, для достижения каких конституционно оправданных целей необходимо продление моего срока содержания под стражей, свыше уже проведенных мною под стражей 11 месяцев.

На основании вышеизложенного и в соответствии со ст. ст. 53, 108, 123, 389.1, 389.3 УПК РФ,
ПРОШУ:

Признать постановление Басманного районного суда г. Москвы о продлении меры пресечения мне, Горячеву И.В., в виде содержания под стражей от 03.04. 2014 г по уголовному делу № 201/353810-10 незаконным и необоснованным.
Устранить допущенное нарушение и отменить в отношении меня, Горячева И.В., меру пресечения в виде заключения под стражу.

4 апреля 2014 года
Горячев Илья Витальевич

Апелляционная жалоба на продление срока содержания под стражей обвиняемому по ч.3 ст.30, ч.5 ст.228.1 УК РФ (образец)

В судебную коллегию по уголовным делам

Самарского областного суда

Адрес: 443099, г. Самара, ул. Венцека, д. 39 / ул. Куйбышева, д. 60

От адвоката НО “Самарская областная коллегия адвокатов”

Антонова А.П. , рег. № 63/2099 в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции:

443080, г. Самара, проспект Карла Маркса, д. 192, оф. 619,

В интересах обвиняемого Х. , гражданина РФ,

фактически содержится в ФКУ “СИЗО №1 Управления ФСИН

по Самарской области” по адресу: г. Самара, ул. Садовый проезд, д.22

на Постановление Железнодорожного районного суда г. Самары

от ДАТА о продлении срока содержания под стражей

Постановлением Железнодорожного районного суда г. Самары от ДАТА срок содержания под стражей обвиняемому Х. продлен на 1 месяц, а всего до 5 (пяти) месяцев 00 суток, т.е. до ДАТА включительно. В удовлетворении ходатайства защиты об изменении в отношении обвиняемого меры пресечения с заключения под стражей на домашний арест было отказано.

С данным Постановлением суда не согласен, считаю его незаконным и необоснованным, а поэтому подлежащим отмене по следующим основаниям.

В силу части 4 статьи 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, основанным на исследованных материалах с проверкой доводов, приведенных защитой. Обжалуемое постановление не отвечает вышеизложенным критериям.

Заключение под стражу — самая строгая мера пресечения, предусмотренная законом, ограничивающая право граждан на свободу и личную неприкосновенность. Рассматривая вопросы об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу .

В качестве оснований для применения меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

Смотрите так же:  Пенсия морякам возраст

Однако конкретных, фактических доказательств наличия предусмотренных статьей 97 УПК оснований, а именно, данных о том, что Х., будучи под иной мерой пресечения, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства по уголовному делу, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, суду предоставлено не было.

Судом не были исследованы надлежащим образом основания правомерности продления срока содержания под стражей в отношении обвиняемого лица. Поэтому суд, удовлетворяя ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей Х . , в своем Постановлении лишь формально перечислил указанные в статье 97 УПК РФ основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных, исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу, что находясь на свободе, Х. может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью. Это утверждение бездоказательно.

Доводы следствия о необходимости проведения множества следственных действий свидетельствуют о допущенной следствием волоките при расследовании уголовного дела. Все следственные действия возможно было осуществить в разумный срок нахождения обвиняемого под стражей. Н евозможность окончания предварительного следствия в срок до 5 месяцев должна быть обоснована и оправдана. Неэффективная организация предварительного расследования сама по себе не является основанием для продления срока следствия и влечет вынесение судом частного постановления ( п. 18 Постановления Пленума ВС РФ от 29.10.2009 № 22).

Суд же факты несвоевременного проведения следственных действий устанавливать не стал, без должной мотивировки полностью согласился тем, что столь суровая мера пресечения, как заключение под стражей, оправдана необходимостью получения заключения амбулаторно-психиатрической судебной экспертизы, направления уголовного дела в ГСУ МВД по республике Татарстан для соединения в одном производстве уголовных дел №НОМЕР, №НОМЕР, что в обжалуемом постановлении суда сформулировано следующим образом: «суд считает целесообразным удовлетворить ходатайство следователя, поскольку в представленном материале имеются достаточные, разумные данные, указывающие на причастность Х. к совершению преступления, в котором он обвиняется».

При этом в судебном решении не поясняется, как Х. в случае нахождения под домашним арестом может помешать получению заключения амбулаторно-психиатрической судебной экспертизы и направлению уголовного дела в ГСУ МВД по республике Татарстан. Кроме того, неразумно утверждать в судебном решении, что работа следствия – это доказательство тому, что обвиняемый от следствия скроется.

А такая формулировка обжалуемого постановления, как «при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей суд учитывает, что Х. обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств, способствующего наркотизации общества и подрыва здоровья населения, что представляет значительную опасность для общества, и за которое предусмотрено лишение свободы на срок свыше трех лет, в связи с чем суд полагает, что оставаясь на свободе, Х. может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного следствия либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу» сама по себе свидетельствует о необоснованности постановления. Мера пресечения в виде домашнего ареста также подразумевает существенные ограничения прав обвиняемого на передвижение, общение с посторонними людьми, и является достаточно эффективной мерой пресечения. Очевидно, что суд при рассмотрении ходатайства следствия просто использует шаблонные формулировки вместо необходимого при рассмотрении вопроса о мере пресечения глубокого анализа конкретной ситуации.

Защитники Х. — адвокаты возражали против удовлетворения ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей, указывая на отсутствие для этого законных оснований. Следствием не было представлено сведений в обоснование доводов ходатайства о том, что обвиняемый якобы может скрыться от следствия и воспрепятствовать его ходу, в то время, как он таких намерений не имеет, а имеет постоянное место жительство, положительные характеристики и грамоты, ранее не судим, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансере не состоит, имеет мать-инвалида, страдает рядом заболеваний (с осени 2011 года проходит лечение в связи с психоневрологическом заиканием) , в связи с которыми его состояние здоровья в условиях СИЗО ухудшилось, он испытывает страдания, надлежащего лечения не получает. В судебном заседании следователь подтвердил, что каких-либо сведений о фактах давления на свидетелей с целью изменения ими показаний, о подтвержденных фактах попыток скрыться от органов следствия или иным образом воспрепятствовать ходу расследования уголовного дела, у следствия не имеется. Все доводы, изложенные в ходатайстве — это только предположения следствия, ничем не подтвержденные.

Защита считает, что суд при вынесении Постановления не дал надлежащей оценки позиции обвиняемого, его отношению к содеянному и к предъявленному ему обвинению. Показания, данные Х. в день задержания, фактически можно приравнять к явке с повинной. Как усматривается из материалов уголовного дела, следственные действия, связанные с исследованием предметов (личный обыск) и с обыском в жилище, производились в связи с добровольным волеизъявлением задержанного о выдаче наркотика. Х. сообщил представителям власти о месте приобретения наркотических средств, указал места их сокрытия, активно способствовал раскрытию преступления, сотрудничал со следствием, дал признательные показания по обстоятельствам совершенного преступления. Активное способствование раскрытию совершенного преступления относятся к признакам деятельного раскаяния.

Отказ суда от должной оценки доводов защиты создает преимущество для стороны обвинения и является признаком пристрастности суда.

Также суд не учел в должной мере личность обвиняемого, который имеет место регистрации и постоянное место жительства на территории г. Самара, положительные характеристики. Как пояснил суду Х. , до ДАТА работал официально в должности ДОЛЖНОСТЬ, позже и до своего задержания он работал неофициально, имел постоянный доход, является учредителем юридического лица и доход в сумме СУММА тысяч рублей в месяц. З анимается ремонтом мебели, имеет невесту, с которой знаком более 5 лет.

Несмотря на данные обстоятельства, суд не нашел оснований для изменения Х. меры пресечения на более мягкую, чем содержание под стражей, в том числе и на домашний арест.

Фактически в основу постановления судом была положена только тяжесть предъявленного Х. обвинения. Тяжесть вменяемого в вину преступления просто презюмируется следствием и судом. А его роль в случившемся, его отношение к преступлению просто игнорируются. Этот недостаток я прошу восполнить на этапе апелляционного рассмотрения дела и для объективной оценки личности моего подзащитного и его позиции по делу, для выяснения того, может ли он, находясь под домашним арестом или под иной мерой пресечения помешать расследованию.

Таким образом, никаких законных оснований для продления срока содержания под стражей не имеется, так как никаких реальных, обоснованных, подтвержденных фактов и доказательств того, что он намерен скрыться от органов предварительного следствия и суда, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, суду предоставлено не было.

Даже если основания содержания под стражей ранее были, то сейчас они утратили силу. За время следствия по данному уголовному делу следствием уже произведены все необходимые следственные действия, направленные на получение и закрепление доказательств по делу.

На текущий момент все возможности Х. как-либо повлиять на ход следствия полностью утрачены. При таких обстоятельствах отсутствует риск вмешательства в установление всех обстоятельств дела на более поздних стадиях разбирательства.

Таким образом, обжалуемое постановление вынесено с явными нарушениями требований действующего закона и предписаний Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога». Судом первой инстанции не учтены положения постановления Пленума № 41 о том, что обстоятельства, явившиеся достаточными для заключения лица под стражу, не всегда свидетельствуют о необходимости продления срока содержания его под стражей.

Полностью игнорируется судом пункт 21 Постановления Пленума № 41, в котором разъяснено, что наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории является необходимым условием законности при первоначальном заключении его под стражу, однако по истечении времени оно перестает быть достаточным. Суду надлежит установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей.

На первоначальных этапах производства по уголовному делу тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от дознания, предварительного следствия. Тем не менее, в дальнейшем одни только эти обстоятельства не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения.

Наличие у лица возможности воспрепятствовать производству по уголовному делу на начальных этапах предварительного расследования может служить основанием для решения о содержании обвиняемого под стражей. Однако впоследствии суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, такие, как результаты расследования или судебного разбирательства, личность подозреваемого, обвиняемого, его поведение до и после задержания, и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств, или оказать давление на участников уголовного судопроизводства либо иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде.

Вывод суда также противоречит смыслу ст. 22 Конституции РФ, которая отдает приоритет праву человека на свободу. Как указывает Конституционный Суд РФ, недопустимость избыточного по продолжительности содержания под стражей вытекает и из п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которому каждый имеет право на рассмотрение любого предъявленного ему обвинения без неоправданной задержки, что в первую очередь касается лиц, лишенных свободы на досудебных стадиях уголовного судопроизводства (Постановление Конституционного Суда РФ от 13.06.1996 № 14-П).

При принятии процессуального решения о продлении срока содержания под стражей должно выясняться не только наличие материально-правовых оснований и формальных условий, достаточных для заключения лица под стражу, но и находить реальное и активное применение позиции Международно-правовых норм по данному вопросу.

Конвенция о защите прав человека и основных свобод, а также практика Европейского суда по правам человека, исходит из того, что продолжительное содержание под стражей может быть оправдано только в том случае, если существует реальное требование публичного интереса, который, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивает принцип уважения личной свободы. Существует презумпция в пользу освобождения. Как неоднократно указывал Европейский Суд, ч. 2 п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не дает судебным органам возможности выбора между доставкой обвиняемого к судье в течение разумного срока или его освобождением до суда. До признания его виновным обвиняемый должен считаться невиновным, и цель рассматриваемого положения заключается в том, чтобы обеспечить его временное освобождение, как только его содержание под стражей перестанет быть разумным. Кроме того, Европейский суд по правам человека подчеркивает, что тяжесть грозящего наказания является значимым фактором в оценке риска воспрепятствия правосудию, необходимость в продолжение лишения свободы не может определяться умозрительно, с учетом только тяжести совершенного преступления. Также, обоснованное подозрение в том, что задержанный совершил преступление, является определяющим условием законности содержания под стражей. Однако по прошествии времени оно перестает быть достаточным. Лицо, обвиняемое в преступлении, должно всегда освобождаться до суда, если не будет продемонстрировано, что имеются относимые и достаточные причины, оправдывающие продолжение содержания его под стражей. При этом суды обязаны установить существование конкретных фактов, имеющих отношение к основаниям длительного содержания под стражей, исследовать все факты, свидетельствующие в пользу или против существования реального требования публичного интереса, оправдывающего, с надлежащим учетом принципа презумпции невиновности, отход от правила уважения личной свободы, и должны указать их в своих решениях об отклонении ходатайств об освобождении.

Смотрите так же:  Займ под залог птс автомобиля

Продление меры пресечения в виде заключения под стражу Х., на взгляд защиты, неадекватно и несоразмерности конституционно значимым ценностям и никак не может быть оправдано необходимостью защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, так как избрание более мягкой меры пресечения ничьих законных интересов не нарушит.

Таким образом, необходимость в продлении срока содержания под стражей до 5-и месяцев по данному обвинению не обоснована, в связи с чем в соответствии с требованиями ст. 110 УПК РФ, мера пресечения должна быть отменена.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 389.2, 389.15, 389.20 УПК РФ,

П Р О Ш У С У Д:

Постановление Железнодорожного районного суда г. Самары от ДАТА о продлении срока содержания под стражей обвиняемому Х, — отменить, изменив меру пресечения на не связанную с заключением под стражу.

Ходатайствую о рассмотрении данной жалобы Самарским областным судом с моим участием.

— Постановление Железнодорожного районного суда г. Самары от ДАТА (копия)

Адвокат ______________________ А.П. Антонов

Апелляционная жалоба на Постановление суда о продлен и срока содержания под стражей (образец)

В судебную коллегию

по уголовным делам

Самарского областного суда

443099, г. Самара, ул. Венцека, д. 39 / ул. Куйбышева, д. 60

От адвоката НО “Самарская

областная коллегия адвокатов”

Антонова Анатолия Петровича,

рег. № 63/2099 в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции:

443080, г. Самара, проспект Карла Маркса,

д. 192, оф. 619, тел. 8-987-928-31-80

В интересах обвиняемого С.

на Постановление Самарского районного суда г. Самары от ДАТА

о продлении срока содержания под стражей

ДАТА Самарский районный суд, рассмотрев в открытом судебном заседании ходатайство следователя 2 отделения СО У ФСБ России по Самарской области И. о продлении срока содержания под стражей моего подзащитного С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. “г” ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, постановил: “Продлить срок содержания под стражей обвиняемого С. на два месяца 00 суток, а всего до 4-х месяцев 00 суток, то есть по ДАТА, включительно”.

С данным Постановлением суда не согласен, считаю его незаконным и необоснованным, а поэтому подлежащим отмене, по следующим основаниям.

Доводы следствия о необходимости проведения множества следственных действий свидетельствуют о допущенной следствием волоките при расследовании уголовного дела. Все вышеуказанные следственные действия возможно было осуществить в разумный 2-х месячный срок нахождения обвиняемого под стражей. Детально анализируя перечисленные следователем следственные и оперативно-розыскные мероприятия, которые необходимо провести, можно сделать вывод, что их проведение возможно без продления срока нахождения обвиняемого под стражей, а именно:

— обеспечить производство психиатрической судебной экспертизы, проведение которой назначено на ДАТА (то есть на дату судебного заседания ДАТА уже проведено);

— с результатами психиатрической судебной экспертизы ознакомить заинтересованных лиц;

— при необходимости допросить обвиняемых по выводам экспертов (действие возможно провести путем вызова обвиняемого на допрос);

— получить заключения экспертов по назначенным 5 экспертизам (действие возможно провести без присутствия обвиняемого, доказательства уже собраны, их нужно только приобщить к материалам дела);

— принять процессуальное решение в отношении объектов экспертных исследований (действие возможно провести без присутствия обвиняемого);

— по получению у операторов сотовой связи сведений о телефонных соединениях А.И.С. произвести их осмотр (действие возможно провести без присутствия обвиняемого);

— по результатам которого допросить последних (действие возможно провести путем вызова обвиняемого);

— на основании полученных сведений направить поручения в оперативное подразделение Управления ФСБ России по Самарской области для установления лиц, принимавших совместно с обвиняемыми участие в незаконном обороте психотропных веществ в целях дальнейшего допроса этих лиц (действие возможно провести без присутствия обвиняемого);

— с использованием всего объема материалов оперативно-розыскных мероприятий допросить в качестве свидетелей 9 человек, 6 из которых сотрудники Управления ФСБ России по Самарской области (действие возможно провести без присутствия обвиняемого);

— принять процессуальное решение по документам и предметам, изъятым в ходе обследования участка местности и личного обыска при задержании обвиняемых (действие возможно провести без присутствия обвиняемого);

— с учетом полученных данных об обстоятельствах совершения преступления предъявить окончательное обвинение С. и допросить по существу предъявленного обвинения (действие возможно провести путем вызова обвиняемого);

— составить обвинительное заключение и вместе с материалами дела направить прокуратуру (действие возможно провести без присутствия обвиняемого).

Таким образом, даже если основания содержания под стражей ранее и имели место, то сейчас они утратили силу. За время следствия по данному уголовному делу следствием уже произведены все необходимые следственные действия, направленные на получение и закрепление доказательств по делу. В самом постановлении указано, что виновность подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств.

На текущий момент все возможности С. как-либо повлиять на ход следствия полностью утрачены. При таких обстоятельствах отсутствует риск вмешательства в установление всех обстоятельств дела на более поздних стадиях разбирательства.

Таким образом, суд ошибочно полагает, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу С., в настоящее время не отпали.

Доводы следователя о том, что С. обвиняется в совершении умышленного особо тяжкого преступление, за которое законом предусмотрено наказание свыше 3-х лет лишения свободы, официально не трудоустроен, якобы может скрыться от следствия и суда, по мнению защиты, не достаточны для продления срока заключения под стражей на столь длительный срок.

Судом не исследованы надлежащим образом основания правомерности продления срока заключения под стражей, в отношении обвиняемого лица. Поэтому суд, удовлетворяя ходатайство следователя о продлении срока заключения под стражей С., в своем Постановлении лишь формально перечислил указанные в статье 97 Уголовно — процессуального кодекса Российской Федерации основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных, исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу, что находясь на свободе, С. может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжит заниматься преступной деятельностью. Это утверждение бездоказательно. Нельзя также считать доказательствами и достаточным обоснованием предположение о том, что обвиняемый будет заниматься преступной деятельностью, так как он официально не трудоустроен.

Таким образом, никаких законных оснований для продления срока содержания под стражей не имеется, так как никаких реальных, обоснованных, подтвержденных фактов и доказательств того, что он намерен скрыться от органов предварительного следствия и суда, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, суду предоставлено не было.

Кроме того, С. не намерен покидать территорию г.о. Самары, у него имеется постоянное место жительства, от органов следствия скрываться не намерен, вину свою признал, ранее не судим, женат, имеет беременную жену на позднем сроке беременности, новогодние праздники надеялся провести в семейном кругу.

При принятии процессуального решения о продлении срока содержания под стражей должно выясняться не только наличие материально-правовых оснований и формальных условий, достаточных для заключения лица под стражу, но и находить реальное и активное применение позиции Международно-правовых норм по данному вопросу.

Конвенция о защите прав человека и основных свобод, а также практика Европейского суда по правам человека, исходит из того, что продолжительное содержание под стражей может быть оправдано только в том случае, если существует реальное требование публичного интереса, который, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивает принцип уважения личной свободы. Существует презумпция в пользу освобождения. Как неоднократно указывал Европейский Суд, ч. 2 п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не дает судебным органам возможности выбора между доставкой обвиняемого к судье в течение разумного срока или его освобождением до суда. До признания его виновным обвиняемый должен считаться невиновным, и цель рассматриваемого положения заключается в том, чтобы обеспечить его временное освобождение, как только его содержание под стражей перестанет быть разумным. Кроме того, Европейский суд по правам человека подчеркивает, что тяжесть грозящего наказания является значимым фактором в оценке риска восприпятствия правосудию, необходимость в продолжение лишения свободы не может определяться умозрительно, с учетом только тяжести совершенного преступления. Также, обоснованное подозрение в том, что задержанный совершил преступление, является определяющим условием законности содержания под стражей. Однако по прошествии времени оно перестает быть достаточным. Лицо, обвиняемое в преступлении, должно всегда освобождаться до суда, если не будет продемонстрировано, что имеются относимые и достаточные причины, оправдывающие продолжение содержания его под стражей. При этом суды обязаны установить существование конкретных фактов, имеющих отношение к основаниям длительного содержания под стражей, исследовать все факты, свидетельствующие в пользу или против существования реального требования публичного интереса, оправдывающего, с надлежащим учетом принципа презумпции невиновности, отход от правила уважения личной свободы, и должны указать их в своих решениях об отклонении ходатайств об освобождении.

Продление меры пресечения в виде заключения под стражу С., на взгляд защиты, неадекватно и несоразмерности конституционно значимым ценностям и никак не может быть оправдано необходимостью защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, так как избрание более мягкой меры пресечения ничьих законных интересов не нарушит.

Таким образом, необходимость в продлении срока содержания под стражей до 4-х месяцев по данному обвинению не обоснована, в связи с чем в соответствии с требованиями ст.ст. 109-110 УПК РФ, мера пресечения в виде продления срока заключения под стражу должна быть отменена.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 389.2, 389.15, 389.20 УПК РФ,

ПРОШУ СУД:

— Постановление Самарского районного суда г. Самары от ДАТА о продлении срока содержания под стражей обвиняемому С. — отменить,

— заменить в отношении обвиняемого С. продление срока содержания под стражей на более мягкую меру пресечения, не связанную с заключением под стражу.

Ходатайствую о рассмотрении данной жалобы Самарским областным судом с моим участием.

— копия Постановления Самарского районного суда г. Самары от ДАТА

Адвокат ______________________ А.П. Антонов